В дискуссии на эту тему приняли участие специалисты музейного дела России, Италии и США.
Пожалуй, музейных работников даже больше, чем их коллег из других сфер культуры, волнует будущее их детищ, круглые столы на эту тему проводятся регулярно. Как будут существовать музеи в новой реальности, придут ли посетители после пандемии, и как удержать их внимание в нынешних условиях?
Во вступлении к дискуссии куратор культурных проектов мультимедийного сервиса Okko Алена Винокурова рассказала о проекте «Искусство онлайн», созданном в партнёрстве со «Сбербанком». Бесплатный проект, в котором использовались материалы музеев, привлёк множество посетителей онлайн экскурсиями, лекциями, спектаклями. Следующим шагом стало создание фильма из двух частей: «Третьяковка со Шнуром» и «Третьяковка с Хабенским».
Вопросы директору Третьяковской галереи Зельфире Трегуловой задавали музыкант и артист, необычный формат бесед оказался интересен и экспертам, и новичкам. Более миллиона человек посмотрело картины Третьяковки, когда галерея была закрыта.
Благодаря проекту «Открытие музеев», где в фильмах, снятых в формате 4K, можно рассмотреть каждый мазок на картине, по понедельникам с семи вечера до полуночи посетители могли «гулять» по Эрмитажу, Уффици и Прадо. Документальный фильм Микеле Малли «Эрмитаж. Сила искусства» итальянскими киножурналистами был признан лучшим по искусству. Okko стал лидером среди онлайн-кинотеатров.
Модератор дискуссии, профессор Флорентийского университета, искусствовед, историк архитектуры Федерика Росси отметила, что российские музеи моментально среагировали на новую реальность и без затруднений перешли на работу с посетителями в режиме онлайн.
Как им удалось это сделать, задала она вопрос, ведь, по данным ЮНЕСКО, из 90 процентов музеев мира, закрывшихся во время пандемии, 10 процентов закрылись навсегда. И как в тех музеях, которые открываются, будут балансировать, работая в режимах онлайн и офлайн, и стремясь привлечь новую аудиторию?
«Если говорить о будущем музеев, — сказал директор Эрмитажа Михаил Пиотровский, — все они должны онлайн находиться вместе, неслучайно в эрмитажном ТВ стало традицией ежедневно встречаться с коллегами. Эпоха, в которой живём, показала, что закрытый музей все равно музей, место, где хранят и показывают экспонаты, независимо от того, есть там публика или нет».
Директор Эрмитажа подчеркнул, что в новом времени у музейщиков появилась возможность навести порядок в музейной работе, а именно, избавиться от критериев: «Хорошо — это когда много народу, а, значит, доходов, для этого и существует музей».
Из большого мирового опыта он выделил три проблемы: подлинности вещей, понимания музея как роскоши и «медленного чтения» экспонатов. Сегодня, действительно, в музеях многое можно увидеть «крупным планом» и попытаться понять, чем подлинная вещь отличается от неподлинной. А для этого надо изучать экспонаты, чего не сделаешь за полтора часа быстрого обхода Эрмитажа.
«Музей — это не просто собрание картин, — сказал Пиотровский, — это традиции, бренд, обстановка, посетители, все вместе это и создаёт контекст и определяет способ влияния на людей. Музеи тогда будут хороши, как офлайн, так и онлайн, когда не будут похожими друг на друга. А люди осознают, что музей офлайн становится роскошью, которую надо ценить».
И будут учиться «медленно читать» экспонаты, то есть, готовиться к походу в музей с помощью сайта.
Пиотровский рассказал, что перед пандемией в Эрмитаже сняли одним кадром на телефон 5-часовой фильм — сплошной проход по Эрмитажу, то самое «медленное чтение» без экскурсовода, спокойное общение с музеем для людей подготовленных. В Эрмитаже мечтают о времени, когда все посетители станут подготовленными.
«Доступность — это когда тебе открывают двери, и ты понимаешь, что за дверью находится, — подчеркнул директор Эрмитажа. — Благодаря сочетанию онлайн и офлайн, сможем осуществить доступность в лучших значениях этого слова».
Именно так и случилось в Русском музее, когда он открылся после пандемии. Соцопрос показал, что, увлёкшись соцсетями музея, сайтом, каналом ютюб, посетители открыли для себя много интересного и пришли в музей за новыми знаниями. Руководитель службы информации и коммуникации Русского музея Мария Дмитренко отметила, что о художественных коллекциях теперь рассказывают в новом формате, подключая музыку и стихи. Благодаря этому, на интернет-ресурсах появились постоянные посетители, с которыми проводят викторины, конкурсы, совместные виртуальные выставки.
Поддерживая межмузейное сотрудничество, Русский музей участвовал в акции «Изоляция», рассказывая об инициативах пользователей, а также в «Ночи музеев» и «Дне музеев». Несколько мероприятий провели с художественными музеями и галереями регионов по их темам и рассказали об этом на онлайн страницах.
Актуальную тему сотрудничества музеев в новых временах наглядно продемонстрировали директор Музея изобразительных искусств им. А. С. Пушкина Марина Лошак и гендиректор Манежа в Санкт-Петербурге Павел Пригара, приветствуя зрителей из одного кабинета. Недавно музеи открыли в питерском Манеже совместную выставку «Немосква не за горами», где были представлены работы более, чем 80 художников, из 21 региона страны.
Марина Лошак, упомянув, что строит музейный квартал из 29 зданий, выразила беспокойство по поводу того, будет ли стремиться зритель «испытывать те мощные впечатления, которые даёт живое искусство».
«Для всех нас сейчас время напряжённых размышлений, — сказала она. — Живое искусство должно питаться жизнью, и сегодня оно хочет организовать большую волну творчества там, где находится человек. А современные художники не стремятся в мегаполисы, они хотят заниматься творчеством в пространствах своих городов».
Павел Пригара сделал акцент на тезисе Пиотровского о подлинности произведений искусства, по сути, поддержав разговор о том, как по-новому музеи могут выстраивать диалог со зрителем.
«Считаю, сейчас мы должны сосредоточиться на общении не с туристами, а с локальной аудиторией зрителей, способных возвращаться в залы музея и продолжать диалог об искусстве», — сказал он.
Гендиректор Пинакотеки Брера и Национальной библиотеки Брайденсе Джеймс Брэдберн из Милана заявил, что COVID-19 помог совершить революцию в музейном деле, перечеркнув капиталистический подход, основанный на подсчёте количества туристов. Он рассказал, что через несколько дней после того, как в феврале закрылись двери его музея, посетителям были предложены коллекции онлайн, в том числе, русские, а также фильмы о великих художниках. Получили до миллиона просмотров в неделю.
Следом сотрудники придумали оригинальный проект, видеоконтент к которому делали совместно с каналом «Культура» в Москве. Это фильм-путешествие из Милана в Рим, с остановками во Флоренции и Болонье. Вы «садитесь в поезд» и через камеру высокого разрешения наблюдаете за тем, что происходит в музеях и на других объектах культуры. Так удалось объединить цифровой и реальный опыт и сделать посетителя равным партнёром музейщиков.
Джеймс Брэдберн развил мысль Пиотровского о том, что посетители должны готовиться к походу в музей.
«А для этого им следует предлагать не билеты, а подписку, — сказал он. — Став обладателем карточки, пользователь становится членом музея-клуба и получает право обсуждать его деятельность. Так со временем музей станет рупором посетителей».
Гендиректор ИТ-стартапа Cuseum Брендон Сиеко из Бостона напомнил, что ковид-19 продвинул развитие цифровизации на шесть лет вперёд, и те музеи, которые держали цифру в приоритете, оказались впереди. Пандемия заставила привлечь все ресурсы, новый контент должен был удовлетворять спрос на игры онлайн, новые соцсети, проекты «музей из дома». Побочным продуктом пандемии, заметил Сиеко, стали иммерсивные проекты, помогающие людям трансформировать пространство вокруг себя. Десятки музеев активно участвовали в создании новых приложений. Во время карантина в компании получили новые запросы от потребителей и размышляют над тем, как удовлетворить их.
Музейный обмен, подтвердили музейщики, продолжится. В Эрмитаже открыта выставка крупного китайского художника Чжан Хуаня, во время пандемии объехавшая мир.
«Это оммаж художника «Мы из Китая с любовью, а не с вирусом», — сказал Пиотровский, — а мы рады видеть китайских туристов».
Совместно с Пушкинским музеем в Эрмитаже запланирована выставка с германскими коллегами, посвящённая железному веку. В самом Пушкинском ближайшая выставка планируется на начало февраля 2021 года, где можно будет увидеть экспонаты из 12 стран. В июле во всех дворцах Петербурга и в Михайловском замке открылась выставка «Художники и коллекционеры — Русскому музею. Дары. Избранное» — к 125-летию музея. Часть выставок перенесли на следующий год, но в испанской Малаге, где у Русского музея филиал, выставку подготовили испанские коллеги, консультируясь онлайн. В питерском Манеже на конец ноября запланирована персональная выставка южнокорейской художницы Ли Буль, также готовятся к отправке экспонаты из Франции.
Джеймс Брэдберн, заметив, сколь нерациональны «блокбастеры», предложил устраивать «умные выставки».
«Дело не в количестве людей, которые прошли через вас, — сказал он, — важно, чтобы состоялся диалог. При этом, один экспонат может быть показан в реальном режиме в самом музее, а другой в цифре. «Джоконда» не появится в Италии, но онлайн можем её даже исследовать. С помощью рентгена, инфракрасных лучей, увеличения, все это возможно. Мы должны помогать людям все увидеть по-новому».
Почём нынче музейная «роскошь», волновало всех. Пиотровский сообщил, что единый билет в Эрмитаж стоит 500 рублей, а вот с привилегиями теперь сложнее, приходится придумывать финансовые схемы с благотворителями. Директор просил помнить о том, «бесплатный билет — не право, данное от рождения, а подарок музея». С ним все согласились, единственное, Джеймс Брэдберн, сообщив, что в Италии нет господдержки музеям, вновь свёл все к членскому билету, если воспринимать музей как большой дом, которым люди владеют сообща. 10 фунтов за 3 месяца.
По поводу масочного режима все высказались в духе — «Все очень хорошо, но очень грустно», лишь Пиотровский пошутил, что в Эрмитаже теперь, как при Николае I: записываться нужно заранее и соблюдать дресс-код.
