На онлайн-конференции председатель Комитета по культуре ГД РФ Елена Ямпольская и её коллеги рассказали об итогах весенней сессии и планах на осень.
Начали с обсуждения того, как поправка «Пиотровского-Калягина-Мацуева» в Конституцию РФ относительно того, что «культура РФ, уникальное наследие многонационального народа, должна поддерживаться и охраняться государством», отразится на дальнейшем развитии отрасли.
Предложив заменить «наследие» на «достояние», Ямпольская отметила, что эта формулировка станет той точкой опоры, на которую в комитете смогут рассчитывать, проводя новые законопроекты, обсуждая систему финансирования культуры, говоря об исправлении ошибок. И привела в пример то, как после отмены Шукшинского фестиваля на Алтае из-за пандемии на ТВ не прекратили «шукшинско-алибасовский шабаш», словно у кого-то была сверхзадача именно с безобразием на ТВ ассоциировать отныне имя автора «Калины красной».
«Защищаем мы в этом контексте нашу культуру? — задала риторический вопрос Ямпольская. — Нет, конечно, и наша прямая обязанность воспользоваться этой поправкой. Все зависит от нашей активности, ничто не будет работать само по себе».
Первые замы дополнили председателя. Ольга Казакова подчеркнула, важность системной поддержки на федеральном уровне учреждений культуры в глубинке. Александр Шолохов подтвердил, что все мы — нация, народ, страна и государство до тех пор, пока опираемся на культурное наследие, и это должно быть закреплено конституционно. Член комитета Светлана Савченко отметила, что русский язык по-прежнему нуждается в защите.
Аура вокруг книжного магазина
В конце апреля после того, как книжная индустрия обратилась к премьер-министру с просьбой включить её в список отраслей, пострадавших от пандемии, Ямпольская внесла в ГД законопроект об отнесении книготорговли к социальному предпринимательству. В Комитете считают, что книжная торговля нуждается в системной поддержке. В России, некогда «самой читающей стране мира», всего тысяча крупных книжных магазинов, небольшие едва выживают, есть города, где книг вообще не купишь.
«Это ужасно, — считает Елена Ямпольская, — книжный магазин создаёт вокруг себя особую ауру, и этим нельзя жертвовать».
Минкультуры проект поддержало, а Минэкономразвития нет, мол, ничего особенного в книгах нет. Ямпольская обратилась к вице-спикеру Петру Толстому, и на осень наметили совещание с участием представителей экономического блока правительства. Елена Александровна убеждена, что надо «бить в точку», и здравый смысл восторжествует.
Когда читать школьнику «Тихий Дон»
Много вопросов вызвал законопроект о снятии избыточной возрастной маркировки в произведениях литературы и искусства, единогласно принятый в декабре 2019-го на первом чтении. Но с тех пор он ни на йоту не продвинулся. Оказалось, что разрешительные штампики теперь в руках ханжей и невеж.
«Дело в том, что единственной запрещающей маркировкой, — пояснил Шолохов, — является так называемая отсекающая, все остальные идентичны советской системе, когда писали — для младшего, среднего и т. д. школьного возраста. И это означало одно — если ребёнок до шести лет не прочёл про Серую шейку, а в подростковом возрасте не познакомился с героями приключенческих книг, то у него и представления о благородстве не будет, и особой романтики. Но это никак не был запрет читать эти книги в более раннем возрасте. А что делают у нас — ставят 6+ на мультфильм, и ни один ребёнок младше этого возраста его не посмотрит. Или из‑за «сцен курения» маркируют «Молодую гвардию» 16+, а «Тихий Дон» из-за «нецензурной брани» — 18+, да ещё закатывают в целлофан. «Миссия» выполнена. Суть нашего законопроекта в том, чтобы считать рекомендательными все маркировки, кроме отсекающих. С этим законом связаны многие проблемы, книготорговли, в том числе. Обсуждать будем осенью и обязательно доведём до ума».
В коллекцию абсурдных маркировок Ямпольской, которые она считает «оскорбительными» для русской культуры, угодили и «Чебурашка», и «Карлсон», и «Сын полка», на заседании Президентского Совета она намерена ознакомить с этими чудесами президента.
С Гитлером на груди?..
Когда слушаешь про проблемы использования нацистской символики, на память приходит русская пословица насчёт дурака, который, заставь его молиться, лоб расшибёт. Ну, в самом деле, тотальный запрет на символику был понят буквально до такой степени, что на показах «17 мгновений» закрашивали свастику на рукавах у Штирлица, на серьёзные штрафы попадали люди, разместившие в соцсетях военную хронику, кадры своего города в момент оккупации, а однажды был выписан штраф за плакат Кукрыниксов, на котором советский солдат давил сапогом свастику. Благо, этот абсурд, с помощью руководителя Комитета по безопасности Василия Пискарева, победили быстро: по указу президента с 1 марта отменён запрет на символику при отсутствии признаков агитации и пропаганды.
«На самом деле, опасно забывать, как выглядят враги, — сказала Ямпольская, — завтра кто-то решит, что красные звезды унижают память жертв большевизма, и получим в кино воинов номер один и номер два. Так мы забудем, кто с кем и за что воевал».
В ближайшее время в Комитете намерены внести поправку в закон «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне»: карать также строго, как за пропаганду и агитацию тех, кто выпускает и носит футболки с изображением нацистов. Также в планах на осень — законопроект, запрещающий уравнивать в оценке событий Второй мировой войны советское руководство с нацистским, солдат Красной армии с их противниками из Третьего рейха и т. д. При подготовке документа проконсультируются со специалистами.
Вокруг «Херсонеса Таврического»
Парламентарии поделились планами на осеннюю сессию. Во-первых, им предстоит ликвидировать последствия пандемии, учреждения культуры были закрыты первыми, и перерыв в работе на четыре с половиной месяца оказался очень чувствительным для театральных деятелей и кинематографистов. С 1 августа они включились в работу, и проблем у них будет немало.
Важнейшая проблема — культурное развитие регионов. О том, как ратуют за выделение средств на культуру в рамках нацпроекта, рассказала Ольга Казакова. Интересна программа «Земский работник культуры», так и хочется написать — окутана чеховским ореолом, реализовывать её обещают по аналогии с «Земским доктором» и «Земским учителем». Но чтобы начать работать, предстоит математически доказать, что программа поможет решить поставленные задачи.
О том, какие проблемы стоят перед парламентариями, занимающимися охраной объектов культурного наследия, образно рассказала первый зампредседателя Елена Драпеко.
«В действующем законодательстве, создававшемся в 1990-е годы, много путаницы, — сказала она, — и распутать этот клубок непросто».
В частности, Драпеко отметила сложные взаимоотношения с ЮНЕСКО: на территории России около 30 памятников Всемирного наследия, но это никак не отражено в законодательстве. В Комитете шестой год ждут от Минкультуры закона, который регламентирует, как управлять этими объектами. А среди них, например, город Санкт-Петербург, со всеми его памятниками в историческом центре, подводная археология и т. д.
Светлана Савченко обратила внимание на, скорее, политическую, чем юридическую, ситуацию с музеем-заповедником «Херсонес Таврический» в Крыму. С одной стороны, это объект ЮНЕСКО, а, с другой — там до сих пор считают, что объект находится на «оккупированной» территории. И, конечно, осенью, парламентарии продолжать работу над Законом «О культуре».
Воспоминание об Олимпийском Мишке
Перечислив в финале все важные предложения Комитета, не забыв и о титрах на телеэкране, которые можно было бы прочитать, Ямпольская сказала: «Но ведь цель-то наша в том, что производит культура, что мы любим, и что вызывает у нас эмоции. Вот вчера исполнилось 40 лет Олимпиаде-80, а это не просто один из последних триумфов советского спорта, это триумф отечественной культуры, единственное, что осталось от того времени. В самом деле, те рекорды не актуальны, советская политика приказала долго жить, а песни Александры Николаевны Пахмутовой остались, слезы от улетающего со стадиона Олимпийского Мишки, автор которого Виктор Александрович Чижиков на днях ушёл от нас, остались, и мы также плачем с той девушкой на экране… 25-го отметим 40 лет без Высоцкого… И вот я думаю, а они-то над чем заплачут, возвращаясь в свою молодость — через 20 лет миллиниалы, а через 30 — зуммеры?! Будет у них что-то своё, родное, на русском языке?! Фильм или песня, которая возьмёт за душу?.. Художественное эхо любого события создаётся культурой. У Олимпиады это было, а у триумфа 2014 года, когда Крым вернулся в родную гавань, к сожалению, нет. Мне кажется, занимаясь культурой, думать надо об этом: как сделать так, чтобы человеку было над чем засмеяться и заплакать, чтобы его с согражданами всегда объединяло общее культурное и художественное поле».
