Однажды я летал на очередной тест-драйв в Португалии. И нам в качестве самого ценного сувенира подарили какой-то крошечный росток в пробирке. Но помимо пробирки все это было упаковано в огромную чёрную коробку с кучей пафосных надписей о том, что это очень важный и редкий бонсай. И что эти 50 бонсаев разлетятся с журналистами по всему миру и будут символизировать какую-то очень важную дань японским традициям этого автоконцерна.
Я, конечно, тут же добавил этот подарочек в галерею самых ненужных подарков от приглашающей стороны и швырнул в корзину для мусора. Корзина упала на бок, т. к. была меньше и легче этой коробки. Тогда я просто поставил коробку рядом с корзиной — надеясь, что горничная догадается её выбросить. Но горничная за три дня так и не решилась унести красивую коробку с каким-то ростком, т. к. он не был похож на мусор. «Ну ладно, пусть останется ей на память», — подумал я.
За час до отъезда я накупил в местном магазинчике правильного португальского портвейна и принялся упаковывать. У винных экспертов для таких случаев есть специальные чемоданы и упаковочный материал, который защищает бутылки от повреждений. А все остальные люди используют отельные тапочки, полотенца, одежду и туалетную бумагу. Отельные тапочки подходят лучше всего: в один вставляешь бутылку, второй надеваешь сверху, а потом заматываешь всю эту конструкцию в футболку. На дно чемодана нужно постелить какую-то куртку или свитер, потом плотно уложить замотанные в одежду бутылки и сверху тоже чем-то мягким накрыть. Тогда бутылки выдержат все удары судьбы и грузчиков. Но дело было летом и куртки у меня не было. И нечем было прикрыть беззащитные бутылки сверху. Мой бешеный взгляд шарил по просторному номеру, но тырить для этого занавеску или подушку я постеснялся. И тут я заметил ту самую коробку с бонсаем, которая продолжала стоять могильной плитой около урны. Отличную плоскую коробку из хорошего картона, которая идеально ложилась под крышку чемодана. В общем, я накрыл ей портвейн, закрыл чемодан и оставил щедрые чаевые предусмотрительной горничной, которая эту коробку благоразумно не выкинула.
Все бутылки перенесли полет хорошо и ни одна не разбилась. Чуть помялась только коробка с бонсаем, но ей, как вы заметили, я не особенно дорожил. Поэтому я заснул счастливым сном младенца, который три дня гонял по дорогам Португалии, каждый вечер напивался с коллегами и, наконец, прилетел домой. А наутро я стал разбирать вещи и сувениры. Я всегда привожу родным какие-то сувениры из каждой страны. Привычка, традиция. Жене — яркий португальский платок, маме — кофту, сыну — какого-то робота (ему тогда были нужны только роботы). И тут до меня доходит, что отцу сувенир я купить забыл. Нет, портвейн я ему, конечно, привёз, но это же выпивка, а не сувенир. Что делать? И тут я опять вижу этот несчастный бонсай в этой самой коробке. В принципе, не так уж она помялась, а вот папа мой обожает растения. Как же я сразу не догадался, что этот уникальный банзай нужно вручить ему? Разумеется, с торжественным зачитыванием всех надписей о том, какой он редкий и рассказом, как сложно было его добыть. И как я умолял грузчиков обращаться с ним максимально бережно, но они все равно помяли коробку, твари.
Папе бонсай очень понравился и на этом историю в принципе можно было бы завершить. Но через месяц стало происходить непонятное. Каждый раз, когда я приезжал к отцу или он к нам поиграть с внуком, отец как-то старался не смотреть мне в глаза и выглядел очень грустно. Я пытался узнать, почему, но он отмалчивался и от этого становилось ещё страшнее. Все таки человек пожилой. Вдруг у него обнаружили какую-то болезнь и он не хочет сказать. Или ещё что-то стряслось. В общем, я набрался смелости и попросил его рассказать правду, какой бы страшной она ни была. Отец долго смотрел в пол и не сразу решился, но потом всё же ответил:
— Понимаешь… Я же все правильно делал, как там в инструкции. Пересадил, ухаживал, поливал. Потом, когда он начал чахнуть, возил его к эксперту по этим растениям. Какую-то подкормку купил дорогую, но она не спасла. В общем, прости меня, если сможешь, но твой прекрасный бонсай засох. Я просто не знал, как тебе это сказать. Боялся, что ты очень расстроишься.
— И это всё?! А сам ты здоров?
— Да я-то нормально… — начал отец, но тут уже я бросился его обнимать и гора обрушилась с моих плеч. А папа теперь выращивает на подоконнике розмарин. Тот отлично растёт и папа постоянно дарит кустики всем знакомым. А вы хорошенько подумайте, прежде чем дарить кому-то бонсай.
