Аурен Хабичев, колумнист сайта ГлагоL, начал вести дневник, посвящённый жизни в самоизоляции. В этой части он рассуждает о том, как изменились отношения между людьми из-за вируса и как сейчас выживают представители свободных профессий.
Тревожное время. Домашнее заточение настраивает на минорную ноту. Регион, в котором я нахожусь, вот уже несколько дней во власти пасмурной погоды. Все это усугубляется приходящими словно из фронта сводками от ГлагоLa о количестве заболевших, безутешных выводах вирусологов и количестве погибших. Да, именно так сейчас и пишут «погибшие от вируса». Потому что время такое, военное. Мы лишены объятий с родными людьми, лишены встреч и совместного досуга. Вот уже вторую неделю не могу заглянуть к маме, потому что боюсь ненароком принести в её дом эту заразу. Могли ли мы подумать, что объятия с родными станут для нас когда-нибудь такой недоступной привилегией?
На днях написал друг, он встревожен. Я, говорит, зарегистрировался в тиндере, хотел встретиться с девушкой. А потом подумал, что ну это все на фиг, вдруг заражусь, лучше буду с женой спать. Она мне даже начала нравиться в последнее время.
Есть очевидный плюс у пандемии — она скрепила семьи и воспитывает в нас верность.
«Как ты?» — периодически пишу друзьям в фейсбуке. Со многими из них до пандемии мы могли не общаться неделями и месяцами, теперь хочется знать, что у них все более или менее в порядке и никого не коснулась эта зараза. Беременная подруга осталась одна в Москве, некому сходить за продуктами. Друг, у него проблемы с давлением и он в так называемой зоне риска. Вчера был вынужден сорваться на работу. Я отчитал его по скайпу, что нельзя сейчас никуда выходить. Заботились ли мы так друг о друге прежде?
Мои коллеги по цеху — свободные художники, писатели и поэты. Сейчас для них сложное время. Ведь многие компании в кризисные времена в первую очередь экономят именно на представителях свободных профессий. Пишу в фейсбуке Дане Курской, она известный ныне поэт, культуртрегер и издатель. Практически все проекты Даны существовали благодаря её энтузиазму и неуёмной энергии.
— Дана, как вы? Все ваши мероприятия, как понимаю, отменились?
— Увы, отменился апрель, в котором должно было состояться пять презентаций книг, выпущенных моим издательством, а заодно спектакль по моим собственным стихам, — пишет Дана.
Но Курская не унывает. Если нам запретили офлайн, то и в онлайне работа найдётся.
— Всё это печально, однако я на то и культуртрегер экстра-класса, помнящий, прежде всего о людях, нуждающихся в моих проектах, — пишет Курская. — Потому, собрав волю и нервы в кулак, провела — первая среди всех! — поэтический-онлайн концерт, в котором приняли участие поэты из семи разных городов и пяти стран. Спасибо за техническую поддержку этой идеи поэту Андрею Явному — сама бы я не справилась, я гуманитарий.
Несмотря на всеобщий карантин и самоизоляцию, Дана смогла поучаствовать в оглашении лонг листа премии «Антоновка 40+», председателем которго в этом году являлась. Это мероприятие тоже провели в онлайне.
— Стихи тоже пишу. Правда, они получаются совсем жалостненькими. Я из той категории авторов, которые подпитывают своё вдохновение влюблённостью, а не страданиями. Но какая может быть влюблённость, когда ты сам с собой заперт в четырёх стенах? — задаётся вопросом Курская.
Ко всему прочему, Дана Курская ещё до того, как это «стало мейнстримом» создала поэтический онлайн-бар. Хочется верить, что происходящее лишь укрепит её боевой дух. Потому что иначе сейчас нельзя.
фото: freepik.com
