Писатель и литературный критик Аурен Хабичев выдвинет на престижную премию роман Александра Христофорова «Политическое животное». Автор ответил на вопросы редакции.
— Алекс, вчера стало известно, что писатель и колумнист Аурен Хабичев выдвинул вас на литературную премию «Национальный бестселлер». Вы рады?
— Да, ведь это моя первая книга, и потому сразу претендовать на какую-то награду кажется даже странным. Можно, конечно, вести себя в манере американского боксёра и кричать, «я возьму её!», можно изображать ложную скромность — но, конечно, я рад, конечно, я бы хотел победить, хотя не думаю, что «Политическое животное» может принести мне какое-то призовое место. Это просто то, что я не мог не написать, и здорово, что этот текст «зацепил» читателей, для меня эту уже важно — ну, а на премию я бы выдвинул роман, который пока не написал.
— Каковы ваши шансы стать лауреатом премии, на ваш взгляд?
— Опять же честно и без ложной скромности — лауреатом стать я не рассчитываю, я уже кое-что слышал о конкурентах, это очень сильные работы, поэтому скорее мне стоит радоваться, что я со своим дебютом оказался в такой хорошей компании.
— Поясните, почему именно Хабичев выдвинул вас на премию? Вы знакомы?
— Аурен — это первый человек, который сказал мне «я сделаю всё, чтобы твою книгу напечатали». Он тогда работал в одном крупном издательстве и держал «первую линию обороны» от всякого рода графоманов и откровенных психов, которые закидывают редакторов сотнями рукописей. Хабичеву я не показался ни первым, ни вторым, по крайней мере тогда (смеётся). Издательство оказалось всё же слишком большим, чтоб провернуться расторопно, и мою рукопись успело опубликовать более уютное питерское «Лимбус-пресс», в котором сразу сложился прекрасный контакт с Вадимом Левенталем — его заинтересовал текст, мы подписали договор и — книга уже в магазинах. Скоро я приступаю к её продвижению и презентации по городам России.
— На премию может выдвинуть любой писатель или кто-то особенный?
— В жюри и финалистах «Национального бестселлера» были Проханов, Улицкая, Прилепин, Быков, Сорокин, Шаргунов, Садулаев, ушедший Доренко и многие другие — сегодня это самые заметные люди в современном русском слове, с разными взглядами, разными целями. Но, как я вижу, объединяет их некий поиск нашей общей судьбы что ли. Они не столько копаются в прошлом, сколько думают, как нам быть дальше, или хотя бы задают вопросы об этом — думаю, что моя книга «Политическое животное» прекрасно вписалась в этот контекст. Несмотря на то, что я характеризовал свою работу как роман о судьбе медиатехнолога на фоне событий гражданской войны в неназванной стране, все отлично понимают, что речь идёт об Украине, а близкие друзья прекрасно узнают главного героя, кое-кто и себя.
— Помимо литературы, вы также занимаетесь политикой. Вы — один из экспертов по проблемам Ближнего Востока. В то же время ваша книга про русского пиарщика, работающего в сложное для России время в одном из политически ангажированных СМИ. Вы — главный герой книги?
— В эпиграфе я сразу предупреждаю, что всё в тексте вымысел, но если читатель узнает в описанных событиях реальные, если он даже участвовал в них — то конечно же, все это правда. Короче говоря, да, событий интересных в жизни хватило и хватает, и я думаю, усидчивый человек с интересной судьбой в состоянии написать как минимум одну книгу в своей жизни — куда сложнее написать вторую. Это книга о медиатехнологах, пиарщиках — поэтому она и обо мне.
— А Ближний Восток находит отражение в вашем творчестве? Может вы планируете посвятить этой теме отдельную книгу?
— Вот это вопрос о второй книге: да, сейчас нужно как следует заняться продвижением «Политического животного», но я уже набрасываю другой текст, о событиях в Крыму после 2014-го, будет там и о Ближнем Востоке — это также переплетается с событиями из моей жизни и жизни товарищей, но это не отдельная книга о БВ, интересен как раз стык и коктейль из культур, посмотреть что получается, когда люди из разных стран или даже городов сталкиваются вместе, как смотрят на разные проблемы, строят общение или даже удивляются тому, кто что ест на завтрак.
— Разделится ли ваша жизнь на «до Нацбеста» и «после Нацбеста». То есть, в случае победы почувствуете ли вы какую-то серьёзную уверенность в себе, как в уже признанном писателе?
— Мне очень приятно участие в «Нацбесте», но к радости или горю я уже прошёл тот этап, когда мне казалось, что в жизни необходимо признание каких-то авторитетов, что даст «путёвку в жизнь». В двадцать с небольшим я снимал короткометражки и отправлял их на какие-то конкурсы, писал сценарии, рассказы — казалось, кто-то должен обратить на меня внимание, и тогда вот оно, признание, и популярность или … даже не знаю что, в общем ощущение прихода какого-то вечного праздника. Сейчас же мои амбиции какого-то признания и аудитории более чем удовлетворяет журналистская работа — ежедневно я пишу тонны текста и, надеюсь, оттачиваю это умение — и потому начать свой путь в литературе я могу без ненужного голода тщеславия, популярности или прочего. Сейчас я понимаю, что это скорее образ жизни, сейчас я работаю с текстом по двенадцать часов ежедневно, и ни к какому «празднику, что всегда со мной» это отношения не имеет. Ну, а само событие «Национальный бестселлер» — это общение с опытными коллегами, литераторами, которое просто позволит мне задать какие-то вопросы, услышать мнение о своём тексте и сделать полезные выводы.
— А если проиграете?
— С таким подходом я в любом случае выигрываю — даже если я не получу какой-то награды, для писателя с дебютным романом это очень хороший задел.
фото: из личного архива Александра Христофорова
