Правление Петра I выдвинуло ряд выдающихся государственных деятелей, которые оказались под стать великому реформатору. Меншиков, Головин, Шереметьев, Толстой – без них никакие преобразования и успехи были бы невозможны. Среди них есть еще одно замечательное имя, которое упоминается гораздо реже, но роль которого в судьбе России оказалась огромной – это генерал-адмирал Федор Апраксин.
Как-то так получилось, что Апраксин затерялся среди сподвижников Петра, хотя сделал не меньше, а подчас и больше, чем некоторые из них. Историки впоследствии тоже обошли вниманием – Федор Матвеевич практически не изучался, не видно научных диссертаций и монографий. Так что во многом до сих пор для нас остаются скрытыми многие черты этого деятеля – его истинный характер, мысли, поступки в быту. Но вот то, что он сделал для государства не заметить невозможно.
Апраксины принадлежали к старинному боярскому роду — по семейному преданию их передок был татарский мурза Солохмир, который переселился во времена Дмитрия Донского из Золотой Орды в Рязань, а со времен Ивана III Апраксины служили уже в Москве. Федор Матвеевич родился там 27 ноября (7 декабря) 1661 года.
Сам Федор Апраксин доводился Петру родственником – его сестра Марфа Матвеевна была царицей, женой царя Федора Алексеевича. То есть был шурином самодержца. Одно это обстоятельство делало его одним из самых влиятельных людей в России.
Это подтверждало и то обстоятельство, что уже с детства Федор был записан в царские стольники – одна из самых высоких должностей в стране. В этом качестве оставался и при дворе малолетнего Петра. Маленькое уточнение должности – комнатный стольник, то есть вообще очень близкий к царю человек.
Стоит ли удивляться, что Апраксин был вовлечен во все дела Петра с самого начала. Он участвовал во всех «забавах» юного царя, был записан в потешный Семеновский полк, находился среди тех, кто строил флотилию на Переяславском озере. А когда Петр стал править самостоятельно, сопровождал его в поездке в Архангельск и стал затем воеводой этого, единственного на тот момент, морского порта России в 1692-1693 годах. В этом качестве построил первый по-настоящему морской военный корабль в стране.
Начиная с потешного флота на Переяславском озере судьба Апраксина тесно связана с флотом, хотя были победы и на суше. Да еще какие! Но российский флот своим появлением и становлением во многом обязан именно Федору Матвеевичу. В 1697-1699 годах он надзирал за строительством кораблей в Воронеже, потом принял участие в Керченском походе.
Стоит ли удивляться, что первым главой Адмиралтейского приказа (а потом коллегии) с 1700 года стал именно Апраксин. В этом качестве он возвел Таганрогскую и Азовскую гавани. Организаторские способности Апраксина были таковы, что он с 1706 года возглавляет еще несколько приказов одновременно – Оружейного, Ямского и Монетного двора. В 1709 году получает звание генерал-адмирала.
Это как раз время кульминации Северной войны со Швецией. Карл XII, вдоволь набегавшись по Европе то за польским и саксонским королем Августом, то за другими нашими союзниками, наконец-то обратил внимание и на Россию. А она в энергичных руках Петра и его сподвижников уже сильно отличалась от 1700 года. Был основан Санкт-Петербург, армия потихоньку начала бить шведов. Карл решил, что пора с этим покончить.
Поэтому был разработан план, по которому наносится практически одновременный удар по Москве и новой столице. В центральную Россию с основными силами шел сам король, а вот взять Петербург и стереть его с лица земли должны были с двух сторон корпуса генералов Любикера и Стремберга. Оборонять новый город поручено Апраксину.
Противник вначале предпринял наступление из Эстонии: шведские войска возглавлял генерал Стремберг (Штромберг). Апраксин наголову его разбил. Тогда враги решили нанести уже комбинированный удар – с суши и моря. А заодно уничтожить и зарождавшийся флот.
В 1708 году довольно большой шведский корпус в 14 тысяч человек выдвинулся к Неве, одновременно в Финский залив вошли 22 корабля. Руководил этой экспедицией генерал Любикер. 28 августа неприятель подошел к реке Тосна.
Русские шведов к тому моменту уже заждались и начинали скучать. Неприятеля было больше, поэтому Апраксин избрал тактику выматывания. После ряда стычек, засад и внезапных нападений на разрозненные отряды был установлен паритет в силах. Но русские все равно не решались атаковать – слишком большая была бы цена в случае неудачи.
Но и шведы уже тоже опасались наступать. Началось «стояние». Невский край еще не был освоен, поэтому с провиантом было негусто. К тому же и те запасы, которые имелись на пути шведов, удалось вывезти в Петербург. Но и этого было маловато — недоедали. А вот у противника вообще ничего не было, подъев, что прихватили с собой, армия Любикера начала голодать.
И подумывать, что пора уже возвращаться в свои шведские квартиры. Об этом Апраксин 14 сентября в письме докладывал Петру со ссылкой на показания пленных. Шведский флот тоже успеха не добился — остров Котлин, как рассчитывали, взять не удалось. Зато поиздержался и поистрепался.
Любикер принимает окончательное решение – пора уходить. И отдал приказ грузиться на корабли. А для этого перенес лагерь к самому морю. По мере уменьшения шведов там, русские все чаще их беспокоили. В какой-то момент Апраксин понял, что вот теперь они могут оставшихся разбить.
Но вначале предложил им сдаться. Получил отказ. Тогда началось наступление, и это оказалось катастрофой для шведов. На корабли уже не садились, а беспорядочно на них бежали. Итог – 828 убитых и раненых, большое количество взято в плен. Русские потеряли 58 убитыми и 220 ранеными.
Примерно в это же время Петр одержал победу под Лесной, которую впоследствии называл «матерью Полтавской баталии». Таким образом обе победы, Петра и Апраксина, сорвали план Карла по наступлению на Россию. Полтавское же сражение в 1709 году поставило окончательную точку в могуществе Швеции. По случаю победы Апраксина Петр распорядился выбить специальную медаль, на которой был изображен генерал-адмирал.
Это оказалось не единственным триумфом Апраксина. В 1710 году его усилиями будут взяты Выборг и Капотня, и таким образом окончательно снята угроза Санкт-Петербургу. С 1717 года Апраксин — сенатор, еще раньше, с 1709 года, вместе с братом Петром были возведены в графское достоинство. Генерал-губернатор Эстляндии, член Верховного Тайного Совета.
Проживет Федор Матвеевич Апраксин до 1728 года. Как уже отметили, о его характере и личных качествах известно немного. Некоторые иностранцы его ругали и поносили, называли высокомерным и казнокрадом. А вот по сохранившимся отзывам других, более успешных в России, иностранцев, генерал-адмирал был энергичен, упорен и справедлив. Русские же и вовсе считали Апраксина правдивым, любезным, умным человеком, который искренне стремился быть полезным другим.
