Денежную реформу 1960–1961 годов называют так потому, что она оказалась единственной в советское время о которой было объявлено загодя. За полгода, в мае 1960 года, граждан предупредили — будем менять деньги, готовьтесь. Сама реформа проводилась уже в 61-м.
И народ, не зная, чем всё это закончится, но помня свежую в памяти конфискационную реформу 1947 года, на всякий случай, предпринял меры. Скупались товары длительного пользования, заметно почистили прилавки ювелирных магазинов. И только создав стратегические запасы, примерно с ноября 60 года, понесли что осталось в сберкассы. Но большинство все же оставило деньги в матрацах, обменяв потом наличные. Напомним, банковских карт тогда не было.
Несмотря на относительно честный характер реформы 1961 года, многие эксперты считают, что и там были скрытые деноминация и девальвация. Народ расценил примерно также, хотя и использовал более простые, но образные выражения.
Куда как «веселее» прошла павловская реформа 1991 года. Собственно, она повторила сценарий 1947 года, но в ещё более жёстком варианте. Вот её то помнят все, кто родился в СССР. Инициатором стал тогдашний премьер Валентин Павлов. Обменивались на новые купюры номиналом 50 и 100 рублей. Вроде бы ничего особенного, но надо понимать, что в то время прилавки были уже несколько лет пустыми, тратить заработанное было не на что и люди хранили деньги в крупных купюрах. Банковских карт не было.
фото: Олег Павлов
фото: Олег ПавловДа они бы и не спасли, потому что обменивали по 1000 рублей на человека и в течение только трёх дней — с 23 по 25 января! Давки в сберкассах были колоссальные, поскольку в очередь шли всем семейством.
Со вкладов в Сберкассе можно было снять не более 500 руб на человека в месяц. Остальные суммы замораживались. Сказали, потом отдадим. Так вот: не отдали до сих пор. Потому, что те выплаты, которые были произведены «потом», сделаны совершенно другими деньгами и без учёта реальной покупательской способности вкладов на тот момент.
Эта грабительская реформа, по моему мнению, сыграла не последнюю роль в развале СССР, когда никто не вышел его защищать. Обида на власть у людей была колоссальная. Я это особенно почувствовал, поскольку фамилия у меня тоже Павлов. Приходилось постоянно объяснять, что я не родственник премьеру и даже не однофамилец, произнося его фамилию с резко негативной интонацией. Только тогда начинали улыбаться и можно было разговаривать.
Поэтому все последующие манипуляции с деньгами власти России проводили с великой опаской. К таким же фантикам как керенки можно отнести и первые деньги современной России в начале 90-х с её гиперинфляцией. Хотя они и выглядели приличнее белорусских зайчиков и белочек. Затем, в 1997 г, появились современные купюры, которые после только деноминировали, убрав лишние нули, когда инфляция поутихла. Впервые никто не пострадал — оказывается можно. С тех пор ничего особо не трогали.
фото: Иванко Игорь/Агентство «Москва»
фото: Иванко Игорь/Агентство «Москва»Но время идёт и все плохое забывается. Властями. Там, как известно, уроков истории обычно не помнят. А вот у населения всегда срабатывает генетическая память.
Денежная реформа в ближайшие годы наверняка будет — слишком много накопилось проблем. Глубокая интеграция с Белоруссией вполне может послужить хорошим для неё поводом. Но вот насколько власть учтёт опыт прошлого и сможет ли провести её безболезненно для своих граждан — вопрос?
