«Играю про себя» — это новый спектакль-экспромт народного артиста России, который он сыграл в нескольких городах.
На его создание артист вдохновился экскурсией в Доме-музее Юлиана Семенова в Севастополе, где целую стену занимали фотографии с автографами – Гагарина, Хрущева, Софи Лорен. Сухоруков поймал себя на мысли, что хотел бы поглубже «нырнуть» в эти снимки, рассмотреть их и понять, откуда взялся тот или иной автограф. Изучив свой архив в Москве, понял, что и у него есть такие же фото. На очередной фестиваль в Севастополь поехал с целой подборкой и рассказал публике истории их появления.
Это был небольшой вечер. Потом апробировал его в Оренбурге, где снимался у Александра Прошкина, и в Чебоксарах. А на IV Открытом фестивале популярных киножанров «Хрустальный ИсточникЪ» в Ессентуках показал настоящий спектакль, объединив сюжеты и людей на фотографиях единой мыслью.
На фотографиях были, конечно, родители, которые по-разному относились к мечте сына об актёрстве — отец молча поддерживал, а мать яростно была против, Юрий Мамин, в фильме которого «Бакенбарды» артист получил путёвку в кино, Алексей Балабанов, у которого снялся в шести фильмах, преподаватель актёрского мастерства в ГИТИСе Евгения Николаевна Козырева, артистка охлопковской школы, Станислав Любшин, на творческой встрече с которым побывал, будучи призывником, Татьяна Доронина, в которую с юности был влюблен.
На встрече Сухорукова с журналистами в Ессентуках состоялся серьёзный разговор о современном кинематографе. Виктор отметил, что из современного кино ушел профессионализм и не стало ответственности: в сценариях порой «много мусора, штампов и глупостей», в игре артистов «ни артистизма, ни перевоплощения, ни интриги», а режиссёров слишком волнует, «какой кожей обиты диваны в салоне машины».
«Современный кинематограф высокотехнологичен, но бездушен. А работа наша всё же должна быть служением».
Виктор Сухоруков, актёр
Отметил, что девчонки во многих фильмах превращаются в парней — это они, а не инфантильные мужики влюбляются и «хомутают свои объекты любви».
Не мечтает Виктор Сухоруков и сыграть женщину, что так популярно сегодня: «Чтобы играть противоположность, надо иметь мощный аргумент, а не просто из клоунады, аттракциона или текущего момента с «родителями номер один и два» выпрыгнуть. Чтобы мужчине сыграть женщину, надо обладать высшим пилотажем, в моём понимании только один фильм достигает таких высот – «В джазе только девушки»: когда либо смерть, либо надевай платье».
Снег по заказу Павла I
В программе «Под кавказским небом» в Ессентуках Виктор Сухоруков представил фильм «Бедный, бедный Павел». Перед сеансом рассказал зрителям, как Виталий Мельников утвердил его на роль. Легендарный режиссёр, автор фильмов «Царская охота» и «Царевич Алексей», пригласил артиста на беседу. Разговаривали минут сорок, и во время беседы актёр примеривался к роли странного императора.
«Подкидывал ему некий стереотип Павла I. Этакого полудурка, прыткого чувачка, и смотрю, у Виталия Вячеславовича щёки наливаются румянцем, и он, облокотясь спиной на кожаный диван и похлопав ладошкой, говорит помощнице: «Ну что ж, Татьяна, будем считать, что Павел у нас есть». Утвердил. Хотя хотел на эту роль попробовать Игоря Скляра и Константина Райкина. Но мне он устроил смотрины у графа Палена. Элегантный Олег Иванович Янковский пришёл, курил свою вишнёвую трубочку и произнес – «Знаю такого сумасшедшего…» Мы поговорили, и он вынес вердикт: готов работать с Сухоруковым».
Виктор Сухоруков
На премьеру в кинотеатр «Аврора» Виталия Мельникова с композитором Андреем Петровым и артистами Янковским и Сухоруковым везли по Невскому проспекту в карете.
«Работалось, конечно, тяжело, — рассказал Сухоруков, — было много материала, но я был чрезвычайно увлечён персонажем. Поскольку у меня была задача не подражать тому, что видел и даже прочёл о Павле I, я стал знакомиться с тем, что писали о нём друзья и враги. Отделял положительные отзывы от отрицательных и обратил внимание на то, что он был не люб, как «красным», так и «белым», как чужим, так и родным. И мне захотелось заступиться за этого царя, и, кажется, мне это удалось. С нашей версией согласились в Павловском дворце и советуют всем смотреть этот фильм».
Во время съемок творились мистические вещи. Михайловский замок был на реконструкции, и когда съёмочная группа приехала в Гатчину снимать плац, стояла поздняя осень. А нужна была зима со снегом.
«И, вы не поверите, — вспоминает артист, — пока мы гримировались с кислыми минами, пошёл снег. Вспомните кадр, где всё белым-бело, но если приглядеться, увидите, что снег, подобно пуху, лежит на самой поверхности, и, как только был отснят эпизод, он исчез».
Много удивительного случалось и дальше. Олег Янковский получил за роль графа Палена «Золотого Орла», Виктор Сухоруков – «Нику». Фильм изменил отношение к нему коллег, возникшее после фильмов «Брат», «Брат-2» и «Антикиллер».
Счастливые дни с Балабановым
У Алексея Балабанова Сухоруков снялся в шести картинах, и его фото в обнимку с режиссёром и оператором Сергеем Астаховым, снявшим четыре из них, конечно, появилось на экране во время спектакля-экспромта.
«Балабанов без Астахова был бы наполовину Балабановым, — сказал Сухоруков. — Мы не сговаривались с Сергеем Валентиновичем, который на «Хрустальном Источнике» заседал в жюри, что в моём спектакле будет сюжет и о нём. Познакомились они в 1990 году, на съёмках дебютной картины Балабанова — «Счастливые дни» по Беккету. «Брата», «Брата-2» и «Про уродов и людей», на мой взгляд, шедевр, также снимал Астахов.
А Леша трудный был человек, тяжелый, мы с ним много спорили, он, например, считал, что снимать нужно непрофессионалов, а если актёров, то не более одного раза. «Как так?! – недоумевал я, — тогда давай на помойку отправим Феллини, Антониони, Тарковского, Данелию, которые по полжизни сотрудничали со «своими» актёрами, потому что понимали и чувствовали друг друга. Может, до него и дошло, мы отработали вместе шесть картин, но потом – рраз! — и он, без каких-либо объяснений, прекратил со мной сотрудничать. Я мучился, дважды спрашивал, почему он перестал меня снимать, и Алексей вначале сказал – «Ну, ты такой крутой стал», а во второй раз – «Нет для тебя роли». Вот и всё. Был ли он великим, конечно, был, потому что всё, что он делал, для него было жизнью. Он делал это так, как будто, действительно, если не сделает или сделает плохо, то помрёт. Он так относился к своему делу».
Неудивительно, что возник разговор о том, почему не пошли навстречу многочисленным пожеланиям зрителей и не завершили легендарную трилогию фильмом «Брат-3», используя современные технологии. При помощи нейросетей сегодня можно «оживить» человека…
«Предлагал это Балабанову и Сельянову, — говорит Сухоруков, — они отказались. А я предлагал и идеи, и возможности, напомнил о фильмах, где хорошо использованы эти технологии. Даже заявил Балабанову – «Не хочешь меня снимать, пусть моего героя отравят мексиканцы в американской тюрьме, хотя предлагал сюжет, чтобы именно они вытащили меня из тюрьмы, и я в бочке из-под солярки на танкере приплывал домой. Вскидывал крышку, оттуда вылезала моя черная голова с белыми зубами, и я, глядя на шпиль Адмиралтейства, говорил – «Ну, здравствуй, Родина!» Но, вернувшись на родину, я никак не мог встретиться с братом, все время что-то мешало. И вот наконец они шли навстречу друг другу: Бодров, живой, невредимый, и Сухоруков, — вы представляете, что творилось бы в зале?!» Но продюсер и режиссёр на это не пошли и правильно сделали. Вот сейчас снимают нечто подобное, и иначе, чем спекуляцией, это не назовешь, удивлен, что люди злоупотребляют нашим названием…»
Сыграть святость
Сухоруков рассказывает, что на фильм «Остров» Лунгина он попал, благодаря Петру Мамонову, и, как потом ни просил режиссёра попробовать его на Малюту Скуратова в фильме «Царь», в ответ услышал лишь шутливо-зловещее – «Детей жрать любишь?!»
«Лунгин обо мне и не думал, — говорит Сухоруков, — все Петя Мамонов, с которым мы встретились на съемках фильма Владимира Мирзоева «Котлован». Помню, сидели на подоконнике холодного заброшенного здания и разговаривали, а спустя время, Петя, друживший с Лунгиным, предложил: «Паша, позови Сухорукова на Филарета». — «Побойся бога, Петя, какой он Филарет, бандит бандитом». – «Позовите, вы его не знаете». И Лунгин согласился. Прочитав сценарий, я понял, что обязан получить эту роль, которая даст мне возможность совсем другим показать бритоголового Сухорукова в кожаной куртке, я мог продемонстрировать умиротворенность, благолепие, тишину, совестливость. Святость, в конце концов».
Сухоруков вспоминает, как, возвращаясь с актёром РАМТа Дмитрием Исаевым, пробовавшимся на роль, которую в итоге сыграл Дюжев, услышал – «Возвращайся, и бороду не снимай!» Лунгин предложил записать ещё монолог, тот самый, где Филарет благодарит отца Анатолия – «Мало во мне веры», когда тот топит его одеяло и сжигает сапоги. Виктор пересказал монолог своими словами, сидя на стуле, а через сутки ему позвонил Лунгин: «Тебя утвердили».
Съёмки на Белом море, вблизи города Кемь, в студёном, влажном климате были нелёгкими. А когда была отснята четверть картины, случилось невероятное: Лунгин отменил съёмки и через сутки объявил всем, что «нашёл кадр». Огромное количество материала было выброшено, и начали всё с нуля.
Виктор Сухоруков ушёл из Театра Моссовета, но пока не решил, где начнёт трудиться, предложений достаточно. Недавно закончил сниматься в драме Алексея Сидорова «Чемпион мира» — о знаменитом поединке Карпова и Корчного. Сожалеет, что залег где-то на полке 16-серийный фильм Елены Николаевой «Цыпленок жареный», где он сыграл главаря петроградской мафии. Автографов в его сундучке наберётся ещё не на один спектакль.
Нина Катаева
