Одной из самых распространённых и неизвестных болезней в мире является – ХОБЛ (хроническая обструктивная болезнь легких). ВОЗ ставит её на третье место по опасности для человека. Эмиль Азизов продолжает рассказывать, что это такое в рубрике «Испытано на себе».
Больница
Коридор пульмонологического отделения больницы №16 Казани. Около трёх часов ночи. Приспичило до невозможности и пробираюсь в туалет. До него метров 20–30. Может меньше, но мне кажется, что очень далеко.
Иду по коридору с открытыми дверями палат, где лежат такие же полудохлики, что и я. Для них очень важно кислород буквально видеть, поэтому и двери открыты – так дышится намного легче.
Поэтому стараюсь передвигаться как можно тише, чтобы никого не разбудить. Иду как по подиуму походкой неумелой модели, потому что организм от болезни слабый и содержимое снизу держит не плотно. К тому же сильно сбивается дыхание, если ускорить шаг, то потребуется больше кислорода, что с больными лёгкими большая роскошь. Тогда начнёшь сильно задыхаться и вообще ничего не донесешь до заданной цели.
И вот они последние метры, заветная дверь и по неведанным правилам эти метры становятся самыми энергично-танцевальными, ну, вы понимаете, о чём я.
Донёс! Не расплескал.
Но обратно идти ненамного легче, мешает сильная одышка. Прежде чем зайти в палату присел на диванчик, чтобы отдышаться и не перебудить всех дыханием Дарта Вейдера. Снова кроватка, ингалятор и спать.
«До 2000 года ХОБЛ почти не поддавался лечению, у нас, врачей, буквально руки опускались. Теперь появилась возможность оказывать помощь больным. Регулярно издается книга глобальных инициатив GOLD посвященная именно этой болезни. Она дает две основных рекомендации: прекращение курения и применение противовоспалительных препаратов и бронхорасширяющего действия. Это антихолинергические и b2-агонисты, их комбинация и помогает улучшить качество жизни пациента».
Евгений Шмелев, профессор, доктор медицинских наук, главный научный сотрудник Центрального НИИ Туберкулеза, член правления Российского научного общества пульмонологов, специально для «Глагола».
В больнице я провёл 10 дней. Состояние стабилизировалось. Но лечение всё равно очень длительное, радует, что оно, хоть и крайне медленно, но всё же даёт результаты. Доктора так и говорят: «Ты тяжелый, лечить будем долго».
Хорошие люди эти врачи в 16 горбольнице. Они действительно лечат не для галочки, ищут причину, разбирают тебя на атомы и, если требуется, везут на анализы, даже в другое медучреждение. Когда ночью кому-то становилось плохо, то дежурный врач и медсестры до утра крутились вокруг него, пока не станет легче.
Вообще, весь медперсонал приятно удивил – все вежливые, многие с хорошим чувством юмора. Я словно попал в пчелиный улей: всё крутится, вертится, работает как часики. Здание хоть и не самое новое, но всё чистенькое, прибранное, ни пылинки. Питание, кстати, тоже хорошее. Медсестры могут участвовать в чемпионате по метанию дротиков дартс – ни разу никому не промазали мимо вены. Мастера!
После выписки даже помогли дойти до такси. Миловидная медсестра, а может даже и врач, донесла мои больничные пожитки, накопившиеся за полторы недели. Было немного неловко – хрупкая девушка в белом халате тащит баул с вещами, которые натаскали родные, за худым обнаглевшим дяденькой. А что делать? Сам бы я с этой сумкой при попытке донести сел в продольный шпагат на своих похудевших костылях.
Благодарен и сотрудникам Минздрава Татарстана, где по телефону подсказали алгоритм моих действий для того, чтобы лечь в больницу, какие справки и направления нужны. И даже узнали есть ли свободные места в больнице.
Что дальше?
Вроде есть любимая профессия – художник-декоратор в кино. Но, наверное, придётся думать о другой, менее энергозатратной. Работа в кино – это как жизнь с гулящей женщиной. То она с тобой, то с другим. Всё время на драйве, особенно во время съемочного процесса. А с такими легкими на форсаже долго не протянешь. В общем, надо думать.
В начальники? Но из меня начальник как из дерьма пуля. Я б в айтишники пошёл, пусть меня научат. Но получится ли в 42 года? Да и неизвестно, чем и когда эта болячка закончится.
Жалко, что об этой болезни почти нигде ничего не говорят. А она страшная, оказывается болеют многие. А если не знать симптомов и запустить, то можно вообще свалиться.
Страшно, что ты вообще обездвижен – каждый шаг, требует кислорода. Пища давит на диафрагму, к тому же без кислорода она не переваривается, поэтому сложно есть.
И страшно то, что оказываешься на шее близких. К сожалению, при стандартной зарплате отложить на чёрный день невозможно. А добиться инвалидности и пенсии невероятно трудно. Особенно тому, кто сам почти не ходит.
К тому же есть проблемы с качественными лекарствами – многие импортные, которые действительно помогают, исчезли, а отечественные действуют заметно слабее. А иногда они схожи только по названию как Форадил, который бывает в аптеке, и Форадил-Комби. Во втором есть добавка Будесанид, но он исчез из аптек, хотя и первый под заказ.
Поэтому мое самое искреннее желание, чтобы никто не узнал, что это такое – ХОБЛ.
Первую часть можно прочитать здесь
