Со 2 июля по 19 сентября в Музее искусства модернизма – коллекция Костаки (MOMus) в Салониках открыта выставка русского художника Ивана Клюна «Трансцендентные пейзажи. Летающие скульптуры. Световые сферы»

Иван Клюн (Клюнков, 1873-1943) — русский художник и теоретик искусства, мастер русского авангарда первой половины XX века. Его роль в становлении идей и концепций, в первую очередь, в разработке теории супрематизма, была огромной. Но судьба сыграла с ним злую шутку: работая рядом с Казимиром Малевичем, он оказался в тени художника-пророка. Музей искусства модернизма был открыт в Салониках в 1997 году, когда город получил титул культурной столицы Европы, но предпосылкой его создания стало приобретение греческим государством большой части (1275 работ) коллекции Костаки «Русский авангард».

Георгий Костаки (1913-1990) — советский коллекционер греческого происхождения и подданства, крупнейший собиратель русского авангарда. В 1977 году уехал с семьёй из СССР в Грецию. При этом меньшую часть коллекции вывез с собой, большую подарил Третьяковской галерее, Музею имени Андрея Рублева и Музею-заповеднику «Царицыно».

Подарок Костаки составляет основу собрания авангарда в постоянной экспозиции в здании Третьяковки на Крымском валу. Свою миссию музеи в Москве и Салониках видят в продвижении искусства русского авангарда и в открытии для мира тех фигур, которые были в орбите интересов Костаки, и чьи имена были не столь востребованы, как Малевича, Кандинского, Татлина, Родченко, Лисицкого. Интересно, что за полтора месяца до открытия экспозиции в Салониках, Третьяковка презентовала на Крымском валу выставку Ивана Кудряшова, авангардиста 20-х-начала 30-х годов, работы которого также собирал Костаки. В память о великом коллекционере в 2019 году в Третьяковской галерее создали зал Георгия Костаки, а возле работ из его коллекции в других залах написали, что это дар собирателя.

«Так не сговариваясь, — сказала на пресс-конференции гендиректор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова, — мы создаем выставки, которые заново пишут историю русского авангарда. Ту историю, которую мы прочертили выставками 90-х годов, но с тех пор много воды утекло, уровень развития искусствоведческой науки стал иным, и мы создаём проекты иного класса, иной степени научного анализа и зрелищности».

Музей в Салониках представил на выставку в Третьяковке 32 работы Ивана Кудряшова совместно со 118 работами из музея в Нукусе, а также экспонатами из Центра Помпиду и Русского музея. Это позволило создать, подобно выставке Ивана Клюна, «прорывной» проект, по словам организаторов, и возвести ещё одну фигуру на пьедестал русского авангарда. Оформляли обе выставки российские дизайнеры — Кирилл Асс и Надежда Корбут.

Десять лет назад Третьяковская галерея галерея уже принимала участие в двух проектах в Салониках, в частности, в выставке выдающегося художника Соломона Никритина, работы которого есть в коллекции Костаки. Трегулова поблагодарила молодых меценатов из Попечительского совета Фонда друзей MOMus в Салониках, ставших партнёрами Третьяковки по двум масштабным проектам. Они многое делают для того, чтобы перезапустить постоянную экспозицию своего музея.

Директор Музея искусства модернизма – коллекция Костаки Мария Цанцаноглу подтвердила, что персональную выставку Клюна, как и в случае с Никритиным, невозможно было сделать без участия Третьяковки. Помимо 384 работ Ивана Клюна в музее хранится его архив — с письмами, рукописями, фотографиями, книгами, газетными статьями — в последние годы художник занимался архивизацией творчества. Музей MOMus получил грант от Фонда Малевича в Нью-Йорке, и в течение ближайших двух лет намерен заняться изучением материалов и их публикацией.

«Наша задача — дать понять миру, каким великим художником был Иван Клюн», — сказала Мария.

Партнерству с русскими исследователями в музее рады — в организации выставки принимала участие целая команда из России, в частности, искусствоведы Андрей Сарабьянов и Мария Тимина.

«Коллекция русского авангарда, — сказала президент Попечительского совета Фонда друзей MOMus Кристина Краснянская, — давно стала международным брендом, это островок русской культуры на Западе. Как попечители считаем своим долгом поддерживать и развивать русское искусство, кроме того, перед нами открывается огромный пласт работы. Около 1300 единиц хранения с мини-коллекциями для самостоятельных выставок — Клюна, Поповой, Никритина, Родченко и других художников — архивные материалы, формирующие базу для научной деятельности. Нами была разработана глобальная стратегия развития музея, куда отдельной статьей входит коллаборация с Третьяковской галереей, открытие Центра русского авангарда, создание Экспертного совета, в который уже сегодня входят искусствоведы со всего мира. Так, на открытие выставки, помимо русских специалистов, приехали Николетта Мислер и Джон Боулт — эксперты из Америки. Русский авангард – широкое поле деятельности для молодых специалистов, которые примут эстафету. В приоритете для нас работа с собственным собранием и, конечно, миссия соединения двух частей собрания Костаки. Есть идея представить его на территории Фонда Луи Виттон в Париже».

Новый член Попечительского совета Виктория Янакова от имени своей русско-греческой семьи подтвердила, что свою роль как попечителей музея Костаки они с мужем видят в объединении усилий двух музеев в продвижении культурного наследия России на Западе.

«Георгий был бы счастлив увидеть, что две страны объединились, отдавая дань культурному наследию России», — сказала она.

В коллекции Костаки есть этюды и рисунки Клюна летающих скульптур, первых мобильных произведений искусства XX века. Художник гораздо раньше стал заниматься этим направлением, чем Александр Колдер, считающийся пионером.

«Но существуют эти «мобиле» только в рисунках, — говорит Мария Цанцаноглу, — нет даже фотографий, и это лишний раз доказывает, сколь тонким собирателем был Георгий Костаки, который обращал внимание не только на большие законченные работы. Благодаря маленьким рисункам художников сегодня можем восстановить утраченные работы. Именно этим занимаемся со школой искусства университета в Салониках: восстанавливаем утраченные летающие скульптуры Клюна. Реконструкции близки к оригиналу. Иван Клюн был бы доволен».

Под занавес разговор зашёл о меценатстве в России и Греции. Трегулова напомнила, что Павлу Третьякову было 26 лет, когда он поставил перед собой задачу создать художественную коллекцию не просто «для себя», а такую, которая легла бы в основу музея, представляющего национальную школу. И к моменту смерти в его коллекции было 3.500 произведений живописи, скульптуры и графики.

«Третьяковка, — сказала Трегулова, — всегда считала себя музеем, опирающимся на поддержку меценатов и попечительского совета. И когда я пришла сюда в качестве директора, одной из главных задач поставила возвращение Третьяковки в орбиту интересов крупных отечественных меценатов. И ситуация с пандемией удивила: в 2020 году, когда музейная отрасль сильно пострадала, и собственные доходы музея упали на 75 процентов, то взносы попечителей и меценатов только на 45. И публика ответила благодарностью: с 22 января, когда открылись музеи, за пять месяцев к нам пришло 712 тыс посетителей. С попечителями своими мы единомышленники, работаем не по принципу «дайте деньги, мы сами знаем, как их потратить», а опираемся на опыт, накопленный российским бизнесом».

Мария Цанцаноглу сообщила, что частные спонсоры в Греции интересуются больше археологией, а не искусством модерна. Музей работает с фондами, которые поддерживают искусство, во многом рассчитывает на помощь попечительского совета.  

Нина Катаева