С момента возникновения товарно-денежных отношений в обществе появляется и такой вид наказания как штрафы. Они даже древнее государства и встречаются в обычном праве, пусть в компенсационном, натуральном виде. Современное право также широко применяет штрафы, но часто именно как наказание – пусть и не суровое, но утверждающее принцип его неотвратимости.
Штрафы в первобытном обществе таковыми назвать можно только условно с современной правовой точки зрения. Они носили исключительно компенсационный характер и могли появиться только на позднем этапе этого периода в истории, когда начинает выделяться частная собственность из общинной. Убил собаку – отдай собаку, украл крынку молока – отдай, условно, две. И всё равно это самое древнее наказание.
Историки согласны с правоведами и считают, что штрафы как юридическое понятие могли появиться только с возникновением государства и денег. Что мы и можем наблюдать в дошедших до нас законодательных письменных памятниках древности.
Так эти взимания были уже прописаны в знаменитых законах месопотамского царя Хаммурапи. Согласно его статьям, они полагались за ущерб имуществу, за словесные оскорбления и оскорбления действием. По некоторым преступлениям оставался родоплеменной принцип круговой поруки – если преступника не могли поймать или у него не было денег, то штраф выплачивался общиной и получал его пострадавший.
Размер уплаты зависел от тяжести преступления, а также статуса пострадавшего – свободные люди получали большую компенсацию. Но часто использовался принцип талиона – воздаяния равным (око за око).
Древний Египет – это уже высокоразвитое государство. Шесть тысяч лет его существования вполне позволили выработать серьёзные институты власти. Они хоть и отличались от современных, но стоит помнить, что история государственности большинства европейских стран не превышает полутора тысяч лет, а у многих и меньше. Так что не нужно относиться к Египту с презрительным снисхождением.
Египетское законодательство было довольно развитым и также применяло санкции, но уже особо выделяло именно государство. Так за кражу имущества у частного лица штраф составлял двух-трёхкратный размер. А вот если воришка что-то стащил у государства – то наказание уже было 180-кратным.
Объяснялось предельно просто – фараон есть божество, а святотатство — тяжкий грех. Но стоит обратить внимание – штраф получала пострадавшая сторона. Если государство – то оно, если гражданин – то он. Государство не пыталось урвать и себе кусочек, оно соблюдало принцип справедливости.
На Римском праве основано всё современное законодательство. Но и кодекс Юстиниана возник не на пустом месте – он систематизировал уже существовавшие законы и привёл их в соответствие времени.
Согласно праву в Риме существовали понятия договора и деликта. Деликт (delinquere – отклоняться) – это правонарушения, связанные с причинением вреда. Они подразделялись на частные и публичные.
Частный деликт возникал за кражи, личные обиды (включая членовредительство), причинение вреда имуществу, в том числе по неосторожности – например случайно спалил дом. Всё это наказывалось штрафом, и он шёл в пользу владельца. Об этом говорится в Законах XII таблиц (VIII таблица, п. 10–11).
К публичным деликтам относились преступления, которые квалифицировали как против римского народа. И тогда штрафы уже шли в пользу государства. К таковым относили измену, умышленный поджог (один загоревшийся дом мог спалить весь Рим, что и случалось), лжесвидетельство, а также тайное истребление чужого урожая ночью. Публичные деликты именовались термином crimina и отсюда пошло слово криминал.
На Руси штраф также являлся весьма распространённым видом наказания. Уже в договоре Великого князя киевского Олега с Византией можно прочесть о соответствующих наказаниях, которые полагались византийцам за преступления, совершённые на русской территории или в отношении русских.
«Если ударит кто мечом или будет бить каким другим орудием, то за этот удар или битье пусть даст 5 лир по закону русскому», — говорится в договоре.
Штраф на Руси был самой применяемой мерой наказания и очень древней, что можно увидеть по важнейшему юридическому памятнику «Русской правде» Ярослава Мудрого. Он носил самые различные названия, чаще всего его называли «вирой». Также именовали «продажа», а в таком документе как «Митрополичье правосудие» и вовсе имеет термин «грабёж». Слово «штраф» ввёл в оборот только Петр I.
Санкции имели свою градацию: «головничество» — плата за убийство свободного человека родственникам, «полувирье» — штраф за увечья, «урок» — плата за кражу имущества или убитого холопа.
Практически все штрафы того времени, также как и в других странах, выплачивались пострадавшему. Интересна норма, по которой если преступник добровольно возмещает ущерб, то он просто выплачивает сумму равную потери. А если упирается, но суд доказал вину – то в тройном размере. Пострадавшему. Получается что-то вроде компенсации за моральный ущерб.
То есть во главу угла в применении наказания ставился принцип справедливости, точно также как у древних шумеров, египтян и римлян. Автор статьи «Становление и развитие штрафа как вида наказания за преступления в России с момента возникновения по XIII век» Владимир Самошин пишет, что он пришёл к выводу, что на Руси «изначально институт штрафа соответствовал принципу справедливости даже больше, чем некоторые современные нормы».
Может поэтому почти неизвестны случаи бунтов и других всплесков социального напряжения из-за штрафов вплоть до наступления эпохи дикого капитализма. За эти века в культуре и сознании народа уже укоренилась роль штрафов как элемента справедливости, а не получения дополнительного дохода. Вникая в историю штрафа, становится понятным, что это и есть его изначальная природа и функция. А правоприменительная практика воспринимается глубинным народом как своеобразный индикатор справедливости государства.
Но как только она нарушается, то возникают очаги недовольства. Известно, что одними из причин забастовок и требований рабочих в конце XIX — начале XX веков были высокие и частые штрафы на заводах и фабриках. Их отмена стала одним из лозунгов революции 1905–1907 годов в России.
Но также историкам известно, что революций и бунтов по экономическим причинам не бывает. То есть они неотъемлемая их часть, но причина всегда иная. Чаще всего это оскорбление, попрание принципа справедливости. Восстание новочеркасских рабочих в 1962 году в СССР произошло из-за недовольства ростом цен и снижением зарплаты, но искрой послужила фраза, которую приписывают директору завода: «Если нет мяса, то ешьте пирожки с ливером».
По аналогичной причине случилась и Великая французская революция, уничтожившая не только монархию, но и изменившая весь мир. «Если нет хлеба, то пусть едят пирожные!» И уже сейчас всё равно, что королева Мария-Антуанетта этой фразы не произносила – достаточным оказалось того, что люди почувствовали себя оскорблёнными.
После революции 1917 года это очень быстро поняли западные капиталисты, которые стали отменять несправедливые в отношении населения нормы – мировая революция на тот момент не была такой уж абстракцией и можно было в один момент потерять всё, как это случилось у русских коллег. Законы экономические всё же вторичны по отношению к законам общественным, поскольку вытекают из них. Человек как биологический вид сформировался миллионы лет назад и с тех пор его психология не менялась. Как говорит Эдвард Радзинский: «Люди не меняются, они всего лишь переодеваются. И потому рассказ о прошлом становится повествованием о настоящем и, что ещё хуже, — о будущем».
Поэтому и современным политикам и законодателям нужно быть очень острожными в своих действиях и не допускать ситуаций, когда человек может посчитать себя обиженным. Думается, революций уже было достаточно, в России так уж точно.
Олег Павлов
