Даже самые непримиримые противники России признают, что мемориал советским воинам-освободителям в Берлине величественное и впечатляющее сооружение. Тем большее удивление вызывает у ныне живущих, что его возведение началось практически сразу после окончания войны. А 75 лет назад, 8 мая 1949 года, воин с мечом и немецкой девочкой на руках уже взирал из столицы Германии на весь мир.
Но прежде, чем попасть к памятнику Воину-освободителю посетители Трептов-парка проходят мимо скульптуры матери, потерявшей своих сыновей. Она в глубокой печали склонилась, а с ее плеч спадает платок, который в задумчивости так и не поправила.
Такая композиция не случайна – ведь это не просто мемориал, а некрополь-храм. Говорят, самый большой со времен Древнего Египта. Там похоронено более пяти тысяч советских бойцов, павших при взятии Берлина. А скульптура Воина-освободителя – тоже самый большой надгробный памятник.
Этим и объясняется, почему мемориал начали создавать сразу после окончания войны, еще в 1946 году. Вроде необходимо расчищать улицы Берлина, обеспечивать жильем, восстанавливать школы и магазины. Но надо было вначале достойно похоронить павших, тех кто обеспечил мир.
Вопреки распространенному мнению, конкурс на строительство мемориала объявило не центральное, московское, правительство, а советская оккупационная администрация Германии. На него было представлено 33 работы, победил проект скульптора Евгения Вутечича и архитектора Якова Белопольского. Потом они вместе создадут и мемориал на Мамаевом кургане в Волгограде.
Тут стоит сразу сказать, что Вутечич не был тогда еще ни знаменитым, ни, как часто выражаются, «паркетным», художником. Он фронтовик. Уже 7 июля 1941 года ушел добровольцем, был командиром взвода 5-й Московской стрелковой дивизии народного ополчения. Но затем, талантливого художника откомандировали в редакцию фронтовой газеты «Отвага». Так что, создавая памятник вспоминал и своих погибших товарищей.
Вутечич вдохновился реальной историей, случившейся в Берлине. 26 апреля 1945 года сержант Николай Масалов заметил девочку, которая плакала над убитой мамой. Шел бой, но он тихонько пробрался и забрал девчушку.
Малышка громко плакала, и немцы их заметили. Открыли прицельную стрельбу, но солдата поддержали огнем сослуживцы. За ситуацией наблюдал маршал Чуйков, оказавшийся в расположении полка. Благополучно добежали, но Масалов оказался ранен в ногу. Потом, уже через 20 лет, житель Кемеровской области станет Почетным гражданином Берлина. Кстати, всю жизнь проработает в детском саду завхозом.
Вот эта девочка и будет прижиматься к плечу воина-освободителя. Стоит все же заметить, что берлинцы, сами немцы, потом рассказали еще несколько подобных случаев, так что гуманизм советского солдата не единичен. Немецкие исследователи документально засвидетельствовали пять таких случаев, но их было больше.
А вот образ солдата Вутечич сделал с другого, гвардии рядового Ивана Одарченко из Тамбовской области. Позировал скульптору он. С Масаловым они встретятся и подружатся уже много позже. А вот маленькая дочка коменданта Берлина Светлана Котикова стала прообразом девочки на руках. Потом она станет довольно известной киноактрисой.
Солдат стоит на поверженном фашистском кресте, первоначально в руках держал опущенный автомат. Но Сталин посоветовал скульптору заменить его на меч. Так даже символичнее получилось. Меч на скульптуре – точная копия оружия псковского князя Гавриила, участвовавшего вместе с Александром Невским в Ледовом побоище.
Высота монумента 13 метров, вес около 72 тонн. Ее отлили на ленинградском заводе «Монументальная скульптура», имеет шесть частей. Затем по воде доставили в Берлин. А вот все остальные части мемориала по эскизам Вутечича делали 60 немецких мастеров-скульпторов и 200 каменотесов. Кстати, они были в восторге от работы ленинградцев и назвали «русским чудом» — всего за полгода ведь создали.
К расчистке парка привлекли берлинцев. Точнее, в основном, берлинок – мужчин в послевоенном городе было мало. По воспоминаниям одной их них, Фриды Хольцапфель, вначале они не понимали зачем этот мемориал, ведь в городе столько неотложных дел.
Но когда подготовили могилы и нескончаемым потоком пошли грузовики с гробами павших солдат, стал ясен весь ужас завершившейся войны. «Мои мысли были где-то возле русской матери, чей сын обрел покой на немецкой земле», — делилась впечатлением фрау Холцапфель.
Немецкие рабочие были тронуты и заботливым отношением советского начальства. Так узнав, что на работу многие выходят с маленькими детьми, был немедленно организован детский сад.
Вспоминают, что выжить тогда помогла и «котиковская еда». Так ее назвали по имени коменданта Берлина генерал-майора Александра Котикова. Это было дополнительные 250 граммов хлеба и горячее блюдо.
Очень трогательным выглядит воспоминание инженера-строителя Вольфганга Вольтера, руководившего строительством мемориала с немецкой стороны. История случилась уже после открытия, в июне 1949 года. Вольтер собирался жениться и готовился к свадьбе.
Узнав об этом, его начальник капитан Капорцев раздобыл отрез отличной ткани на свадебный костюм. Ведь иначе под венец пришлось бы идти в повседневной одежде. При этом отдал молча и тут же ушел, почти убежал, — очень стеснялся, что своим поступком может смутить Вольтера.
Наверное, в том числе и поэтому, немцы восприняли монумент Воину-освободителю так тепло, приняли. И многие продолжают так считать до сих пор. После торжественного открытия 8 мая 1945 года, на которое пришло много берлинцев, мемориал был передан на содержание магистрату Большого Берлина.
