Юрий Синодов, директор по развитию СМИ2, в эфире «Медиаметрикс» с Павлом Алашкиным, директором по маркетингу Gismeteo обсудили, что будет происходить c профессией журналиста, не останутся ли коллеги без работы?
В конце января мы с Павлом Алашкиным коротко обсуждали состояние современной журналистики в России и не только. Основное время эфира ушло именно на обсуждение применение генеративных технологий: ChatGPT, Kandinsky, YandexGPT и других нейросетей.
В эфире нам удалось обсудить очевидные соображения по отрасли несмотря на то, что AI-проекты позволяют быстро сгенерировать текст, картинку или даже видео на заданную тему, они не могут заменить журналиста в нескольких ипостасях:
Нейросеть не может сформулировать ту самую «заданную тему». Далеко не всегда в журналистике пишут лишь о чём-то произошедшем, где журналисту достаточно взять на себя роль акына и описать всё что он видит в своём издании. Для подготовки статьи нужно понимать предметную область, знать с какими проблемами сталкиваются её участники, в принципе обозначить некую головную боль для отрасли и лишь потом, в общении с ньюсмейкерами «нанизать» на предварительно продуманный скелет публикации ответы ньюсмейкеров, которые расширяют и дополняют представление читателя о примере публикации.
Синодов Юрий
директор по развитию агрегатора новостей СМИ2
Нейросети же, оперирующие уже где-то опубликованными материалами, никак не могут озвучить самые последние данные, снабдить публикацию инсайдом из отрасли и пояснением того, как жизнь устроена, если этого не было где-то опубликовано. Нейросети мастера переработки чего-то, но не создания нового.
Ещё одной проблемой для СМИ будет то, что утверждения сгенерированные нейросетью и правильность её формулировок не могут быть проверены ею же самой. Нейросети заблуждаются, заблуждаются добросовестно, искренне и очень убедительно для человека.
При задаче перевода иностранного текста, которая уже давно и без всякого ощущения магии, выполняется теми же нейросетями, читатель может сам, благодаря контексту, поправить неверный перевод или пересказ, однако при создании сложного текста, да ещё и в незнакомой предметной области, что сейчас многие пытаются делать с помощью ChatGPT, GigaChat, YandexGPT или редакторах на них основанных.
Одна-две ошибки на несколько абзацев сгенерированного текста, конечно, ухудшают читаемость и осложняют понимание, но при частном использовании это терпимый результат.
Всё намного хуже, если текст предполагается использовать в СМИ: практически любое утверждение затрагивающее чьи-то интересы в нём надо будет проверить, как и любую предлагаемую искусственным интеллектом цифру.
Если на сейчас при отсылке к информации опубликованной в другом издании СМИ защищено тем, что оно цитирует другое СМИ, то при заимствовании без проверки текста предложенного нейросетью, при последующем вопросе обиженного материалом ньюсмейкера «откуда вы это взяли?» ответить СМИ будет нечего. Откуда что берёт искусственный интеллект не всегда понятно даже самим создателям AI.
Так куда нас приведёт использование генеративного AI?
Часть редакций, будет пытаться продоложать работать над переписывании чужих новостей
- Тех, которые другие редакции нашли сами (эксклюзивы)
- Тех, которые попали в рекомендательные системы Дзена и СМИ2
- Тех, которые должны собрать много трафика от Google Discovery
Первая группа требует участия живого редактора. Если новость опубликована только что, её нет ещё в нейросети, она может только фантазировать на тему настоящего так же как нейросеть фантазирует на тему будущего.
Вторую и третью группу можно отдать на написание генеративному интеллекту, но только при следующих условиях:
- получившиеся тексты не ущемляют чьих-то интересов
- тексты должны проверяться перед публикацией
Волшебной кнопки «сгенерируй мне 10 тысяч знаков», всё же, не возникает — над текстом надо работать, иначе редакция быстро погрязнет в претензиях от Роскомнадзора и ньюсмейкеров.
Попытка нагенерировать не сто новостей в день, а тысячу, быстро приведёт к тому, что средний доход от опубликованной новости будет падать. Прямой зависимости между количеством материалов и доходом издания не будет. При этом издания в своей попытке генерации доходов от публикаций всегда будут уступать по доходности, например, социальным сетям, которые вообще не несут расходов на создание контента и получают его от пользователей соцсетей в неограниченных количествах, да ещё и не несут ответственности за опубликованное, поскольку она лежит на самих пользователях.
В тот момент, когда редакции осознают, что «генерация текстов» это путь в никуда, не приводящий к росту доходов, часть сотрудников, наконец, сможет заняться именно журналистикой, когда журналист добывает информацию, упорядочивает её для удобства читателей, проверяет, находит экспертов объясняющих события и выпускает материалы, объясняющие происходящее.
Если же медиа откажутся от журналистской работы, то такие СМИ просто вынесут себя из определения «журналисты», превратившись в арбитражников-дорвейщиков, которые создают проекты существующие без читателя и без клиента-рекламодателя.
В этом, с одной стороны, кроется и мрачное, и светлое будущее СМИ: бездумная генерация текстов станет настолько дешёвой и бессмысленной экономически, что спасение СМИ будущего будет возможно только через возвращение к истокам журналистской профессии.
