Как появился самый русский орден крестоносцев

фото: vk.com

Средние века хоть и называют мрачным временем в истории, но все же они овеяны ореолом романтики. А главными героями стали рыцари – благородные и бесстрашные воины, поборники справедливости, что чаще всего было неправдой. Особое место среди них занимают крестоносцы, а самым знаменитым орденом стал появившийся 910 лет назад Орден Госпитальеров, который мы сейчас знаем как Мальтийский Орден.

Утвержден он был 15 марта 1113 года согласно буллой папы римского Пасхалия II, которая давала весьма широкие полномочия, вплоть до государственных. Официальное название – «Суверенный военный гостеприимный Орден Святого Иоана Крестителя в Иерусалиме». Это, пожалуй, единственный из всех духовно-военных орденов крестоносцев, который дожил до нашего времени. И уж точно самый известный.

Но в тот день папа лишь официально оформил уже сложившуюся структуру. А появился он за полвека до того, причем инициатором создания стали купцы из городка Амальфи, что чуть южнее Неаполя. Этот факт очень любопытен, поскольку впоследствии в ордене существовали невероятно строгие правила приема и туда могли попасть даже не все рыцари, а только высокородные – нужно было предъявить свой родовой герб, а он имелся далеко не у каждого. И уж тем более не принимали торговцев.

Купцам же он понадобился для оказания помощи путешественникам и им самим в Палестине. Поэтому вначале был всего лишь странноприимным домом, попросту говоря сетью гостиниц с главной в Иерусалиме. Hospes в переводе с латинского означает «гость». Отсюда и взялось название самой организации, а их опорные пункты-гостиницы стали называть «госпитали». Поскольку там не только кормили и давали кров, но часто и лечили, то госпитали впоследствии приобрели медицинский смысл и сейчас мы так называем больницы. Так что это изобретение крестоносцев.

Поскольку после Первого крестового похода обстановка в Палестине была неспокойной, то довольно быстро братство стало приобретать военный уклон. Герард Тен, уроженец Фландрии, провел реформы внутри организации, которые позволили к скальпелю и клизме присоединить еще меч и щит. Поскольку среди его членов были в основном рыцари, то организовать из них военную структуру было делом не таким уж и сложным.

В Риме довольно долго думали стоит ли присваивать госпитальерам статус ордена, поэтому этот процесс затянулся на десятилетия. Но после буллы 1113 года и признания его в 1118 году военно-монашеским, крестоносцы-иониты очень быстро стали основной военной силой в регионе. 

Раймонд де Пюи. фото: wikipedia.org

Произошло это во многом благодаря усилиям первого магистра Ордена Раймунда де Пюи, который возглавлял его с 1120 по 1160 годы. При нем появились филиалы по всей Европе, к 1180 году Орден владел 25 замками. Но основной целью была защита Иерусалима и его короля.

Магистра ордена избирали пожизненно, высшим совещательным и законодательным органом был Капитул, который периодически обновлялся. Основу и элиту составляли рыцари, число которых доходило до 500–600 человек. Далее по статусу следовали сержанты и оруженосцы, исполнявшие роль младших командиров. Религиозную службу вели священники.

Все члены ордена считались монахами, а потому следовали всем их традициям, включая и обет безбрачия. Хотя в еде себя особо не ограничивали – мясо на столе было трижды в неделю, что в Средние века редкость. Устав Ордена закрепил и форму – это черные каппа (длинная рубаха с короткими рукавами) с крестом и куколь – головной убор похожий на колпак или капюшон. Крест был белым, расширяющимся к концам, а впоследствии стал восьмиконечным и получил название «мальтийского». 

Историки и современники оценивают иоанитов-госпитальеров как весьма порядочных людей, во всяком случае они оказались более нравственными, чем многие другие крестоносцы. До последнего защищали Иерусалим, а когда он пал, то перебрались в Акру. Но в конце XIII века арабы отвоевали и эту крепость – крестоносцы были изгнаны из Святой Земли.

Иерусалимский король перебрался на Кипр, а вместе с ним и рыцари-иоаниты. Отсюда вместе с тамплиерами они пытались вновь вернуть Палестину, но неудачно. Зато сумели захватить остров Родос у Византии. Тут стоит отметить, что Орден обладал мощным флотом и не только торговым, поскольку считал себя обязанным охранять и морские пути в Палестину от арабов и пиратов. Но тут им как раз пираты и помогли захватить остров. С этого момента Орден часто начинают называть Родосским.

В XV веке с востока пришла новая напасть – турки. Они разгромили Византию и захватили Константинополь, а вот маленький Родос не могли взять больше века. В 1480 году крестоносцы отбили атаку 70-тысячного войска. Но в 1522 году султан Сулейман I Великолепный осадил Родос с суши и моря. У него было 200-тысячное войско и 700 кораблей. У ионитов лишь 600 рыцарей и 5 тысяч солдат. 

Филипп де Вилье де Лиль-Адам. фото: wikipedia.org

И тем не менее крепость военной силой взять не удалось. Но Великий магистр Филипп Вилье де Лиль Адам был вынужден пойти на переговоры, поскольку обещанной помощи от христианских государств так и не получил. Султан согласился на почетную сдачу, и госпитальеры 1 января 1523 года покинули Родос на 50 кораблях.

Приютил их король Испании и император Священной Римской империи Карл V подарив остров Мальту и Триполи. У него были свои резоны – Орден все равно обладал одним из самых мощных флотов в Средиземноморье. И не прогадал – именно флот госпитальеров сыграл в 1571 году решающую роль в победе над турками в битве при Лепанто.

Поскольку Триполи долго удержать не удалось, то основной базой Ордена иоанитов-госпитальеров стала Мальта. С тех пор он и получил название Мальтийского и не менял его по сию пору, даже когда вновь лишился и этого владения.

Случилось это уже при Наполеоне – 10 июня 1798 года войска Бонапарта захватили Мальту и велели рыцарям покинуть остров в трехдневный срок. Те не оказали сопротивления, поскольку устав запрещал им поднимать оружие против христиан. Еще раньше, во время Великой Французской революции, Орден лишился всех владений в этой стране, а они составляли основу его экономического благополучия.

Мальтийский дворец на Виа Кондотти, дом № 68. Рим. фото: wikipedia.org

В этих условиях взор пал, как это ни покажется странным, на Россию. Она уже имела серьезные контакты с Мальтийским Орденом – еще Петр I в 1698 году отправлял туда Бориса Шереметьева, а следом, в тот же год и главного своего дипломата Петра Толстого. Но затем контакты прекратились и возобновились уже при Екатерине II, которая охотно брала в русскую службу кавалеров Мальтийского ордена. Мальтийцы в свою очередь принимали российских моряков на обучение.

Хорошо был с ними знаком и много общался с русскими мальтийцами наследник престола Павел Петрович – он с детства зачитывался рыцарскими романами. В России с 1797 года начало действовать Приорство Ордена, был подписан соответствующий Капитул и открыто десять командорств. Поэтому, когда в правление Павла Орден прогнали с Мальты, то большинство его членов нашли убежище в России. 

26 августа 1798 в замке Ордена на Садовой улице в Санкт-Петербурге собрались его члены, оказавшиеся в России. Они низложили Великого магистра барона Гомпеша за то, что сдал Мальту без боя и 27 октября предложили этот титул Павлу I. 13 ноября 1798 года Павел принимает его, Мальта объявляется губернией России, а мальтийский крест появляется на гербе Российской империи. 

Правда, пробудет там лишь до 1801 года, когда Александр I откажется от титула Великого магистра. Но этот факт так и остался, и современные рыцари Мальтийского ордена, хоть и находятся в Риме, но относятся к России с благодарностью и считают ее частью своей истории. 

Галечные ковры Родоса: как умельцы превратили их в произведение искусства

фото: Иван Илюхин/ГлагоL

Многовековая история Родоса накопила много, что может по-настоящему удивить.  И всё же в путеводителях практически ничего нет или вскользь касаются очень яркой достопримечательности, которая к тому же буквально брошена под ноги. Корреспондента ГлагоL Ивана Илюхина впечатлили галечные ковры Родоса. Они тут у каждого порога, и абсолютно бросовый здесь материал родосские умельцы научились превращать в произведения искусства. 

Уж гальки-то на острове, со всех сторон окруженном двумя морями, более чем предостаточно. Однажды пришлось видеть галечный ковер даже на подвесной деревянной набережной вдоль моря. Два её пролета соединяли бетонные опоры. Вот их-то и не поленились украсить красивой галечной перемычкой. 

фото: Иван Илюхин/ГлагоL

Но эти ковры не удивляли бы так сильно, если бы из-за объемности и округлых форм и падающего на них солнечного света, материал не выглядел теплым. Во дворце Великих Магистров родосской крепости удалось увидеть прямо-таки сбивающие с ног произведения искусства. На пол огромных зал, «устланных» коврами, так и хотелось присесть – такими теплыми они казались. Мастера использовали гальку совсем уж мелкого размера, отчего ощущение ковра, связанного крючком или спицами, было наиболее полным.

У местных жителей удалось узнать, что у такого объемного ковра есть и практическая составляющая. В такой кладке вода, задерживаясь, не мочит ноги. Но это объяснение немного повеселило нас, жителей северных широт. Намочить ноги в 30-градусной сентябрьской жаре Родоса казалось благом.

Грушаблоко или хладомила: что это за фрукт такой

фото: freepik.com

Необычными фруктами и овощами теперь уж никого не удивишь. Чудеса селекции сегодня и вправду впечатляют. Но, увидев на полке необычный фрукт в одном из греческих магазинов на острове Родос, корреспонденту ГлагоL Ивану Илюхину всё же удалось даже не удивиться, а испытать некоторый шок. 

В крупном супермаркете «Паппоy» во фруктовом ящике красовались яблоки коричневого цвета с запахом, абсолютно не свойственным этому фрукту. При этом цена отличалась в разы — если красивые краснобокие греческие яблоки стоили 1 евро с хвостом, то коричнево-желтое что-то — 4.27. Груши рядом лежали дешевле четырёх евро. В чём подвох?

фото: Иван Илюхин (ГлагоL)

Ценник был на греческом языке. «Что это за фрукт такой?»  —  пришлось отвлекать вопросом местного жителя, выбирающего апельсины поблизости. Спрашивали мы по-английски, а вот ответ получили по-гречески: «А, хладомила!» На наши удивлённо поднятые брови человек показал на ящик с грушами и ящик с яблоками и жестом объяснил, что фрукты соединили.

Ну что ж, перед нами был фрукт, получившийся от скрещивания яблока и груши. Стало интересно узнать, в чём он от скрещивания выиграл, став чуть ли не вдвое дороже?

Конечно, мы его купили, а потом узнали и секрет его благозвучного названия. Охладия — по-гречески груша, а милос — яблоко. Так получилась хладомила. Куда красивее, чем это звучало бы по-русски — грушаблоко, грушабл? Собственно, на этом, как выяснилось в процессе поедания новинки селекции, достоинства и заканчивались. 

фото: Иван Илюхин (ГлагоL)

И не потому, что хладомила оказалась невкусной. Просто по форме это было яблоко с так себе цветом, а на вкус — груша. 

Груша без единой нотки яблочного вкуса или чего-либо ещё. Ну и что тогда? Зачем переплачивать вдвое, если на полках самое большое разнообразие сортов представлено как раз яблоками и грушами? 

Можно, конечно, и не брать, кто ж неволит? Один из нашей компании, доев яблоко со вкусом груши философски произнёс: «Хотел бы я посмотреть на ту грушаблоню, на которой ЭТО выросло». Пришла на ум Шнобелевская премия — о бесполезных изобретениях. Впрочем, это чисто личное мнение.

Как повезёт: к вакцинированным россиянам в Греции относятся избирательно

фото: Иван Илюхин/ГлагоL

Официальные российские источники гласят, что Греция от российских туристов ПЦР требует, но вакцина «Спутник V» в этой стране все же признана. И якобы по прилёту вакцинированные россияне должны освобождаться от прохождения повторного экспресс-теста. Однако, как отмечает корреспондент ГлагоLf Иван Илюхин, это не совсем так.

Rогда рейс из Москвы приземлился на греческом острове Родос, распечатанные сертификаты о вакцинации достали многие пассажиры. Но всех без исключения отправили к палаткам с медицинскими опознавательными знаками, расположившимся прямо на территории аэропорта. На сертификаты дама в форме взглянула вскользь, экспресс-тест заставила пройти всех. Исключение составили разве что супружеские пары — пока одному из них пришлось сдать мазок, второй благосклонно оказался освобождённым от процедуры.Впрочем, единственное, что радовало — тест по прилёту оказался бесплатным, а результат озвучивали уже через несколько минут. 

Как позже рассказала одна из отельных гидов по имени Иванна, безоговорочно греки «Спутник» готовы признавать только у европейцев, которые им привились. А вот сертификатам россиян не доверяют, боятся, что среди них много подделок. Вот и перестраховываются. 

«Хотя рассказывают, что министр здравоохранения Греции лично летал в Москву обсуждать условия приема туристов из России. И сам предложил, чтобы вакцинированные россияне беспрепятственно попадали в страну. В российских туристах здесь очень заинтересованы», — сказала ГлагоL Иванна. 

Но получилось то, что получилось. Впрочем, во время пандемии мало ли абсурда и несбывшихся обещаний приходилось видеть и слышать? Экскурсоводы острова с горечью рассказали и о том, что из-за усиления ограничений наполняемость туристических автобусов пришлось снизить с 60 человек до 40. Но в целом на острове царит довольно расслабленная обстановка. И создают её простые люди — отельеры, владельцы кафе и магазинчиков. Уж они-то гостям рады точно!

фото: Иван Илюхин/ГлагоL

Маски надеть потребовали только на входе во Дворец магистров знаменитой Родосской крепости. Там же пришлось наблюдать, как уже купивших билеты туристов попросили предъявить либо ПЦР, либо сертификат о вакцине. 

Так вышло, что в нашей компании оказались люди и с европейской «Модерной», и со «Спутником».  Обладатели первой прошли без проблем, на документ о «Спутнике V» специальный аппарат попросту не сработал. Тетенька-вахтёр начала просить хотя бы ПЦР, но тут один из обладателей «модерны», неплохо говорящий по-английски, заявил, что это по меньшей мере невежливо по отношению к туристам. Тетенька махнула рукой и пропустила всех.

Но эти строгости ждут лишь на входе в сам дворец. Огромный крепостной комплекс с торговыми лавками и кафешками практически на каждом углу живет жизнью прямо противоположной. Маски попросят надеть разве что в составе организованной экскурсионной группы. Те же, кто пришёл сюда сам, ходит без оных. Хотя плотность людского потока довольно сильная. Не требуют средств защиты и продавцы с официантами. Чем-то этот поголовный пофигизм российский Сочи напомнил.

В гостиницах практически то же самое. На входе, конечно, висит дежурный значок маски, в средствах защиты и персонал на ресепшн, а вот с заселяющихся потребовали только ПЦР и специальную форму — документ. Маска же — смотри сам. Хочешь надевай, хочешь нет. 

Правда, один раз утром на входе в совершенно пустое кафе, услышав русскую речь, официант все же достала аппаратик для считывания куара. Тот не сработал. Официант предложила сесть на улице за углом кафе. Мы, удивлённые, просто зашли в кафе рядом и без всяких проверок наелись и напились. Очень избирательное отношение в Греции к россиянам и их «Спутнику». Но местами. И этих мест немного.