Вы замечали, что «Евгений Онегин» сегодня читается совсем не так, как двести лет назад? Некоторые слова, которые для Пушкина и его современников были банальным бытом, для нас превратились в шифр. Без словаря за ними уже не разглядеть реальную жизнь Петербурга, пишут авторы канала «Беречь речь».
Давайте расшифруем несколько таких понятий, продвигаясь прямо по сюжету романа.
Утренний Петербург и его звуки
Пушкин описывает просыпающийся город: «На биржу тянется извозчик, с кувшином охтенка спешит».
Современное воображение сразу рисует деловой центр с акциями и графиками, но на самом деле все гораздо прозаичнее: «биржей» тогда называли обычную уличную парковку для извозчиков. А «охтенка» — это жительница Охтинской слободы, которая находилась на окраине. Охта снабжала Петербург свежим молоком, поэтому женщина и торопилась спозаранку со своим кувшином.
Тут же появляется знаменитый «васисдас»: «И хлебник, немец аккуратный… уж отворял свой васисдас». За этим забавным словом, родившимся из немецкого вопроса Was ist das? («Что это такое?»), скрывается всего лишь форточка или специальное окошко в дверях лавки. Через него пекари общались с покупателями и передавали хлеб.
Домашний уют и досуг
егин, как пишет автор, «жил анахоретом». Для Евгения это было идеальное состояние: слово означает отшельника, который осознанно выбирает одиночество вместо шумного общества. Если же доходило до развлечений, то играли, например, в «горелки». Никакого алкоголя или костров — это была популярная народная игра в догонялки, где водящий ловил участников, убегающих от него парами.
Характеры и старые понятия
Самого Онегина в деревне за странное поведение быстро окрестили «фармазоном». Для нас это звучит как «мошенник», но во времена Пушкина так называли вольнодумцев и бунтарей — тех, кто плевать хотел на общепринятые устои.
Размышляя о творчестве, поэты той эпохи (и Пушкин, и Баратынский) часто упоминали «цевницу». Так поэтично звали старинный духовой инструмент — свирель или многоствольную флейту.
А когда речь заходила о деньгах, могло промелькнуть слово «лепт». Мы привыкли к выражению «внести свою лепту» в женском роде, но тогда слово употреблялось и в мужском. Лепт — это крошечная медная монета из Древней Греции и Иудеи, ставшая символом любого, даже самого скромного, но искреннего вклада в общее дело.
Светлана Кошарная в своей научной статье также пишет о том, что в романе Пушкин противопоставляет два языка: старый, нарочито возвышенный и далекий от живой речи, и новый — более простой, естественный, вобравший разговорные выражения и новые слова. Первый постепенно уходит в прошлое, а второй становится основой современной русской литературы.
Александр Пушкин принадлежал к старинному дворянскому роду, поэтому хорошо знал устройство сословного общества Российской империи. Неудивительно, что в его произведениях встречаются реалии той эпохи — от дворянских титулов до людей, которые были частью его повседневной жизни, как няня Арина Родионовна, писал «ГлагоL».