В открытой дискуссии в онлайн-формате приняли участие известные деятели культуры.
Пожалуй, самый серьёзный вызов пандемия бросила культурной индустрии. В России в одночасье наступила масштабная цифровизация культурной сферы. В свободном доступе массово размещался контент, культурные продукты адаптировались к новым цифровым реалиям, изменились способы взаимодействия с аудиторией. Участники дискуссии попытались ответить на вопрос, к чему это привело, и как будем жить после карантина?
Модератор дискуссии, спецпредставитель Президента РФ по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой первое слово предоставил Татьяне Завьяловой, старшему вице-президенту «Сбербанка», который давно занимается проблемами IT-технологий, и, собственно, инициировал этот разговор. Завьялова сообщила, что на период самоизоляции «Сбербанком» совместно с Оkko была создана платформа, на которой различные площадки могли размещать контент для заинтересованной аудитории. И, по оценкам экспертов McKinsey, уровень нашей погружённости в цифровой мир изменился радикально: за восемь недель структуры совершили цифровой скачок длиной в пять лет. В первых рядах — культурные организации.
«Мы бились вместе, и этого не забудем»
Обращение министра Ольги Любимовой к учреждениям культуры с просьбой побыстрее перейти в онлайн было услышано. Активное взаимодействие Минкульта с подведомственными структурами продолжается, не секрет, что все ждут финансовой поддержки, без которой театрам, музеям и киностудиям не выжить. Любимова подтвердила, что ожидания эти естественны, всему своё время, но весь пафос своего выступления сосредоточила на благодарности руководителям подведомственных структур, без которых было бы не одолеть период карантина.
«Все помогали в работе, держали коллективы, — сказала министр культуры, — с пониманием относились к той части нашей деятельности, которая связана с финансированием, с производством кинематографа и т. д., мы бились вместе. И мы этого не забудем».
Отдельное «спасибо» сказала Ольга Любимова патриархам от культуры, которые «живо отреагировали» на онлайн-форматы, а без того уникального контента, который до пандемии был подготовлен в федеральных музеях и театрах, удачи было не видать. А так, цифры говорят за себя: 21 млн человек посмотрели трансляции Мариинского театра, в 134 странах ждали онлайн спектакли Большого театра, в каждом музее и театре, включая региональные, придумывали свои программы.
Московская филармония стартовала с онлайн концертом Дениса Мацуева, и благодарственные письма приходили из разных стран. Министр культуры Италии отдельно поблагодарил Эрмитаж за экскурсии на итальянском. План по цифровизации в рамках нацпроекта «Культура» был перевыполнен: 11 залов уже открыто, продолжают записывать виртуальных гидов для музеев, а люди привыкают к тому, что могут послушать оперу в Метрополитен-опера, посмотреть «Аудиенцию» с Хелен Миррен и «Гамлета» с Камбербэтчем. Пренебрежительное отношение к трансляциям уходит, люди понимают, что уровень их становится иным.
«При этом, никто не хотел бы остаться в онлайн режиме навсегда, — добавила Любимова, — всем хочется вернуться в музеи, театры и кинозалы, но разве плохо, что у нас появилась традиция семейных просмотров? Посмотрели балет «Щелкунчик» Большого театра, сфотографировались, выложили в соцсетях. Будем исследовать онлайн направление и думать, как применять его в мирное время».
Звонки, уходящие в вечность
Отклик руководителей драмтеатров был самым непосредственным. Для худрука Театра наций Евгения Миронова карантин стал остановкой, во время которой он смог подумать, куда двигаться дальше, а главное, получил возможность вместе с коллегами вдумчиво поработать на шестью новыми спектаклями. Освоил Евгений Витальевич и цифровизацию, разобрался «с кнопочками»: в день проводят несколько зум-конференций, решая огромное количество вопросов, и эта форма работы, конечно, останется после карантина. Незаменимы встречи онлайн с драматургами, режиссёрами и художниками при подготовке новых проектов, именно так репетируют спектакль с Тимуром Бекмамбетовым, премьера которого запланирована на осень. Миронов раскритиковал «самодеятельность» коллег со стихами и песнями в интернете, заявив, что желание самовыразиться должно быть систематизировано. И предложил, по примеру Театра наций, актёров, которых несправедливо называют «балластом», занимать в разных проектах, в том числе, социальных.
Худрук БДТ им. Г. А. Товстоногова Андрей Могучий рассказал об интернет-проекте «БДТ digital», который возник в начале апреля на сборе труппы в зуме. Отметил два документальных спектакля с социально-психологической подоплёкой — «Дневники и письма войны» к 9 мая и акцию «Помоги врачу». Радиоспектакль по военным дневникам и письмам длился полсуток, актёры читали тексты по телефону из своих квартир, дозваниваясь в онлайн центр.
«И получилось удивительное художественное произведение, — говорит Могучий. —Через телефонные гудки, разницу звуков и тембров, через звонки, уходящие в никуда, мы нашли точный способ общения. Возникало полное ощущение разговоров с «ними», словно звонки, спустя 75 лет, поступали из иного мира».
В акции «Помоги врачу» актёры прочли тексты врачей из ближайшей больницы, борющихся с пандемией. И откликом номер один стал пост доктора, чей текст прочла Алиса Фрейндлих. Спектакль оказал на зрителей прямое терапевтическое воздействие. Кроме того, несколько проектов разрабатывают молодые режиссёры, один из них есть в паблик-театре, в сети «Контакт», в Minecraft готовят забавный проект со школьниками. Есть ещё «Театр текста», где драматурги прямо на экране сочиняют пьесы.
Трудно играть «в стену»
Онлайн концерт Дениса Мацуева, сыгранный 20 марта в Зале Чайковского, уже называют «явлением пандемического искусства», хотя сам пианист называет его не иначе, как «игрой в стену», несмотря на то, что слушали его более 4 млн человек по всему миру. Музыкант признался в любви к российской публике и сообщил, что 20 июня сыграет с Симфоническим оркестром Берлинской филармонии концерт памяти дирижёра Мариса Янсонса. Также сказал, что в Европе летом планируют возродить фестивали и выразил надежду, что и у нас, возможно, состоятся концерты open air (англ. — на свежем воздухе). И возвестил, что «живое дыхание зала не заменит самый гениальный онлайн».
В Третьяковку со Шнуром
О том, как во времена эпидемии, при поддержке «Сбербанка» и платформы Оkko, музейные работники учились в правильной тональности говорить о высоких вещах и быть понятными всем и каждому, рассказала директор Третьяковской галереи Зельфира Трегулова. В фильме «Третьяковка со Шнуром» на протяжении часа десяти минут Трегулова разговаривала с Сергеем Шнуровым об одиннадцати сложных произведениях русской живописи. Задача была непростая — выступить в роли медиумов, способных передать мысли и чувства, вызванные картинами, в присутствии лишь съёмочной группы в средствах защиты. И говорить нужно было так, чтобы после карантина у зрителей появилось желание прийти в галерею и увидеть эти работы. Фильм был снят с невиданным качеством, на платформе Оkko и канале Третьяковки YouTube его посмотрело около 700 тыс человек.
С ещё большими предосторожностями к 9 мая был снят «Школьный урок», в котором ребятам честно рассказали о далёкой от них Великой Отечественной войне, которая для них «непонятно почему должна стать частью их внутреннего опыта». В помощь взяли картины представителей официального искусства Корина, Пластова, Лактионова, Коржева, которые заставляют людей плакать.
«Знаю, что эти фильмы, а также другие наши материалы, спектакли, виртуальные экскурсии люди смотрели семьями, и просмотры эти объединили нас», — сказала Трегулова.
В ГМИИ им. А. С. Пушкина во время карантина также был создан ряд проектов, привлёкших активную публику.
«100 способов прожить минуту» — это художественная медитация с тремя платформами, куда мы включили художников всего мира, а также кураторов-медиумов, — сказала директор музея Марина Лошак. — Думаю, это сообщество людей продолжит работать с нами и в будущем, создавая самодостаточный художественный продукт, который станет частью нашей коллекции».
В «Цифровом обмене» выкладывают на сутки работы международных художников, не так давно была иранская художница Ширин Нешат, позднее Дмитрий Крымов, с которым музейные сотрудники делали проект для Венецианской биеннале. В первые несколько минут его посмотрели 750 человек, и — кто смотрит, для музейщиков, как всегда, важнее, чем сколько».
Время скринлайфа наступило
Тимур Бекмабетов, последние семь лет развивающий кино в формате screenlife, где действие разворачивается исключительно на экране компьютера героя, заявил, что большая часть нашего населения переселилась уже на планету онлайн, и речь нужно вести не о том, как использовать Интернет, а о том, как осмыслить сам факт новой формы существования человечества. А художникам, режиссёрам, актёрам задуматься прежде всего о том, как создавать произведения искусства в интернете.
«А что — те же два героя, конфликт — все присутствует, нет лишь тела, — сказал режиссёр, — значит, нужно экспериментировать со сценографией — в виде дизайна, вебсайтов и т. д. Главное, важно помнить, что время скринлайфа наступило».
Татьяна Завьялова рассказала, что в рамках программы «Искусство онлайн» на платформе Оkko было показано шесть спектаклей Театра наций перед аудиторией в 30 тыс человек. Эксперты утверждают, что привычка смотреть сложные вещи в цифре приведёт к тому, что после отмены карантина на культурные мероприятия в офлайне придут не менее 15 процентов россиян. «Сбербанк» и платформу okko, инициаторов программы «Искусство онлайн», называют трендсеттерами направления: в одном месте им удалось собрать около 500 единиц контента (спектакли, виртуальные туры по музеям, онлайн концерты и др.), с участием более чем 70 культурных партнёров. Охват аудитории — более чем 30 млн зрителей.
«Несмотря на усталость от онлайна, вовлеченность в просмотры постоянно растёт, — подтвердила гендиректор платформы Okko Яна Бардинцева, — также нельзя недооценивать их популяризационную роль, потому что от 65 до 80 процентов зрителей никогда не смогут увидеть эти постановки, так как живут в отдалённых районах. Также нельзя противопоставлять офлайн и онлайн, это не взаимозамена, и если поначалу онлайн был некой альтернативой, то сейчас он даёт возможность людям отличить плохое от хорошего, великое от посредственного, и когда карантин закончится, уверена, часть людей продолжит пользоваться этим контентом».
