Вокруг шаманов ходит много легенд, мифов и тайн. Кто-то считает, что шаманизм — это религия (что в корне не верно), кто-то считает их магами и чародеями, другие вообще понятия не имеют, кто же такие шаманы на самом деле. И — да: шаманы не имеют ничего общего с «бесовщиной», они не общаются с дьяволом. Шаманы в ходе камланий (особые обряды) общаются с божествами плодородий, духами местностей, духами болезней и т. д.
Все ли шаманы одинаковые? В чем их общественная роль? Как проходят их обряды — камлания? Шаманы — это шарлатаны? Я прочитала очень интересную книгу «Шаманы северных народов России» и хочу поделиться с вами парочкой отрывков оттуда.
Кто такой шаман
Слово «шаман» вошло в русский язык из эвенкийского языка в XVII веке, когда русское государство осваивало сибирские земли и знакомилось с местным населением и его обычаями. Есть данные, что в середине XVII столетия русские казаки в Восточной Сибири видели шаманское камлание эвенков (раньше их называли тунгусы) и так узнали это слово. Может быть, было и так, однако вероятно, что шедшие на восток славяне встречались с шаманами и раньше — на Европейском Севере, где жили уральские племена, в частности, предки ненцев.
К сожалению, мы никогда этого точно не узнаем.
Что же означает эвенкийское слово «шаман»? Есть три основные версии. Одна из них возникла в XVIII веке и гласит, что «шаман/саман» — заимствование из санскрита, где «шраман» — это духовный подвижник-аскет, странствующий отшельник, монах; это слово родом из Древней Индии, а в Сибирь оно проникло уже вместе с буддизмом.
По второй версии, XVIII–XIX столетий, «шаман» означает «исступленный, восторженный человек», то есть человек в шаманском трансе. Наконец, третья версия, более поздняя, говорит, что это исконно эвенкийское (тунгусо-маньчжурское) слово, означающее «знающий» (то, что не дано другим), и происходит оно от корня «са» (са-м и/hа-ми/ша-ми) — «знать» + -ман (суффикс, обозначающий склонность к чему-либо).
Стереотипы про шаманов
Стереотип
Шаманы — безумцы, психотики и невротики.
На самом деле
В появлении этого стереотипа также «виноваты» путешественники-европейцы, но чуть более позднего времени, когда уже распространились представления о психических заболеваниях и не всякое странное поведение воспринималось как одержимость демонами и поклонение дьяволу.
Наблюдая за шаманами, впадающими во время камланий в транс и совершающими диковинные поступки, просвещенные европейцы посчитали их сумасшедшими. Этот стереотип дожил до второй половины XX века, и лишь в последние десятилетия и в антропологии, и в медицине утвердилось мнение, что особые состояния шаманов — это не болезни, а культурные модели.
Стереотип
Шаманы — плуты, обманывающие доверчивых людей.
На самом деле
Этот стереотип также возник у просвещенных европейцев еще в XVIII столетии, однако наибольшее развитие получил уже в XX веке, в советскую эпоху. С точки зрения советской власти, шаман — такой же священнослужитель, как православный поп, мусульманский имам или буддистский лама, а шаманизм — такой же «опиум народа» (по выражению Карла Маркса), как и другие религии. Советская власть полагала, что это обманщики и эксплуататоры бедных невежественных людей, поэтому шаманство должно быть уничтожено. Этот стереотип был особенно разрушителен для традиционных культур Сибири — неимоверное количество культовых изображений, костюмов, бубнов и других шаманских атрибутов было сожжено в 1920–1930-х годах. Лишь малая часть была спасена учеными и сохранилась в музеях.
Категории шаманов
Понятно, что шаманы — особые люди, точнее даже — не вполне человеческие существа. Они избранники духов и посланники людей. Шаманы представляют интересы своих сообществ перед божествами и другими обитателями мифологизированного космоса, защищают сородичей, помогают им жить. Но как именно и что конкретно они делают? И еще — все ли шаманы одинаковы по своей деятельности и по силе?
Нет, шаманы не были одинаковыми даже у одного народа, в одной традиции. Они различались по тому, с какой сферой мироздания были связаны (с Верхним, Средним или Нижним миром), по своим функциям («специализации»), по своей силе, по главным атрибутам, по символике образа.
Считалось, что все эти различия зависят не от желаний человека, а от духов, избравших его на роль шамана. Одни шаманы могли лечить больных, причем, какие именно болезни, тоже зависело от «профиля», другие — обеспечивать удачу в промысле, третьи умели искать пропажи, четвертые — предсказывать будущее по сновидениям и знамениям. Кто-то провожал умерших в загробный мир, кто-то принимал новых людей в этот мир. Самые сильные и опытные шаманы умели, пожалуй, почти все, но это было очень редко и далеко не во всех традициях — где-то возможность «профессионального роста» была (как у нганасан или кетов), а где-то шаманский дар был сразу определенным и неизменным (как у нанайцев или хакасов).
