24-26 июня (5-7 июля) 1770 года произошла знаменитая Чесменская битва. Тогда русский флот наголову разбил турецкого неприятеля и это стало одной из самых блестящих побед на море. Героем Чесменской баталии чествовали командующего «Архипелагской экспедиции» Алексея Орлова, но в реальности флотом командовал и одержал победу совсем другой человек – адмирал Григорий Андреевич Спиридов.
Родился будущий флотоводец 18 (29) января 1713 года в Москве в семье Андрея Алексеевича Спиридова. Это был дворянин, который сделал определенную карьеру во времена Петра I – был комендантом Выборга. Так что в реальности маленький москвич Гриша уже с самого детства, выбираясь вместе с отцом в этот город, часто видел перед собой море и рано определился с выбором.
В те времена дворяне начинали службу с детства и с самых низших должностей – она тогда заменяла военные училища, которых еще не существовало. В десять лет Григорий Спиридов зачисляется вольноопределяющимся во флот и пять лет реально, не номинально, как многие дворяне, служит в этом качестве.
И только в 1728 году официально зачислен во флот гардемарином. В то время в России это означало не только курсанта, допустим, Навигацкой школы, но вполне реальное воинское звание кандидата в производство в морские офицеры. Спиридова отправляют в Астрахань, где он, гардемарин, командует гекботом – трехмачтовым грузовым судном. В это время совершает рейсы, в основном, в Персию.
На Каспии прослужил пять лет, после чего перевели в Кронштадт, при этом звание мичмана присвоили досрочно. Еще через пять лет – в Азовской флотилии. Как раз шла война с турками 1732 – 1741 г.г. и молодого талантливого офицера приметил командующий флотилией адмирал Бредаль. Он назначает Спиридова своим адъютантом, причем, как сказано в документе, «ранга капитанского». В результате лейтенант принял участие практически во всех сражениях той войны.
В 1741 году Спиридова переводят в Архангельск, оттуда несколько раз проводил построенные корабли на Балтику. В итоге там и остается, командует несколькими линейными кораблями и… царскими яхтами. Последний факт говорит о том, что талант Спиридова был замечен – ведь он был из простых офицеров, не имевших связи при дворе.
То, что таких связей и покровителей не было говорит один интересный факт. В 1754 году Спиридову было присвоено звание капитана 3-го ранга, и он получил задание ехать в Казань для заготовки леса на местном Адмиралтействе для нужд флота.
Тут надо сказать, что Григорий Андреевич часто болел и в тот момент как раз находился в отпуске на излечении где-то под Белгородом. Он отписал в коллегию, что не может приступить к выполнению задачи по состоянию здоровья. На что получил сердитую отповедь и угрозу лишить всех званий и имений за ослушание. Пришлось ехать в Казань. Там за год все сделал на «отлично», за что получил очередное повышение – стал членом Морской комиссии, а с 1756 года – начальником Морского кадетского корпуса.
Когда началась Семилетняя война (1756 – 1762), то Спиридов командовал различными линкорами на Балтийском флоте. Особенно он отличился в 1761 году при взятии крепости Кольберг. Это был важный пункт, который планировалось использовать для снабжения армии. Долгое время крепость нашим войскам не давалась, пока осаду не возглавил Петр Румянцев.
Спиридов поддержал армию с моря, а потом еще и стал во главе двухтысячного морского десанта. Румянцев в своем рапорте императрице лично отметил заслуги Спиридова. В 1762 году Григорий Андреевич получает звание контр-адмирала и назначается командующим Ревельской эскадрой. В 1768 году, уже вице-адмирал, становится командующим всего Балтийского флота.
А тут подоспела и война с Турцией 1768-1774 годов. У русского правительства возник план организации восстания греков и других христианских подданных Османской империи. Инициатором идеи выступил граф Алексей Орлов, который находился в Италии и тут же приступил к осуществлению плана. Для этого он потребовал себе в помощь русскую эскадру.
Командовать ею назначили Спиридова и велели в кратчайшие сроки подготовиться к походу. А русский флот сроду не ходил в столь далекие для него экспедиции и находился в плачевном состоянии от того, что на него многие годы не обращали должного внимания. Моряки были полны боевого духа, а вот корабли пришлось срочно обшивать дополнительными досками и затыкать щели овечьей шерстью. Острые на слово матросы тут же прозвали эскадру «обшивной».
Спиридова и корабли провожала сама Екатерина II. Она присвоила ему звание полного адмирала и лично вручила орден Александра Невского. Спиридову были даны неслыханные полномочия, он мог действовать в походе абсолютно самостоятельно, единственный человек над ним по прибытию в Средиземное море был Орлов. Екатерина еще и вдогонку слала Спиридову письма, где умоляла «Не допустить посрамления перед целым светом».
«Обшивная» эскадра, починенная наспех, в Средиземное море пришла сильно потрепанная и не целиком – у русских моряков еще не было опыта дальних походов. Да и «посудины» не очень оказались приспособлены для больших морей. В результате пришлось запрашивать подмогу и ждать еще одну эскадру под командованием англичанина Эльфинстона.
Его тоже наделили большими полномочиями, в результате по прибытии он заявил Спиридову, что теперь он тут главный. Адмиралы переругались, хотя, к чести, обоих, когда дело касалось воинского долга, действовали слаженно и вместе.
Алексей Орлов, видя такое дело, решил прекратить все споры, взяв верховное командование на себя. Но когда 5 июля 1770 года подошли к Чесменской бухте, то этот, весьма отважный человек, почувствовал робость – ну не командовал он никогда флотом! А тут турецкий флот, который многократно превосходит наш по своей мощи.
Орлов все управление передает профессионалам. Григорий Спиридов и Иван Ганнибал (брат деда Пушкина) разработали план сражения. По нему было решено закрыть флот неприятеля в бухте и уничтожить его одним ударом. Не вдаваясь сейчас в подробности сражения, он был осуществлен блестяще – Чесменское сражение стало одним из самых выдающихся в истории русского флота. Впоследствии тактику, разработанную Спиридовым и Ганнибалом, успешно использовали адмиралы Нельсон и Ушаков.
Командовал всем боем Григорий Спиридов. Адмиралы Эльфинстон и Грейг также проявили талант и чудеса храбрости. Турецкого флота не стало, он сгорел под огнем наших пушек и брандеров полностью.
После Чесмы Спиридов командовал эскадрой в Эгейском море. А Алексей Орлов уехал в Петербург, где его чествовали как победителя. Он отныне стал называться Орлов-Чесменский.
Спиридов получил орден Андрея Первозванного. Он не высказывал претензий, но, похоже, все же некоторая обида была. По возвращении Орлова Спиридов попросился в отставку, сославшись на свое слабое здоровье. Он проживет еще почти 20 лет и скончается в 1790 году в своем имении в Переяславском уезде. На надгробной плите будет надпись: «Герою русско-турецкого морского сражения 1770 г. в Чесменской бухте».
