В этом году киностудия «РОК» режиссёра и продюсера, народного артиста России отмечает 30-летие
Создана она была с целью контроля над средствами, получаемыми от государства или спонсоров на документальные фильмы, с которых всё начиналось. За три десятилетия собрали коллекцию из 50 документальных и игровых картин. На творческом вечере, а 31 августа Алексей Учитель отметил ещё и 70-летие, он рассказал о новых проектах и поделился замыслами.
В студии ориентируются на масштабные проекты: так, Андрей Кравчук заканчивает работу над антивоенным фильмом голливудского размаха «Пальмира», в центре которого человеческая история, происходящая в Сирии. Сценарий написан Арифом Алиевым, в главной роли — Александр Робак, картина выйдет в прокат 23 февраля 2022 года. В следующем году Кравчук начнёт работу над первым большим сериалом — об адвокате Плевако.
Интересна дебютная политика «РОКа» — каждый год выпускают один-два фильма: так, картина «Зимой» Эдуарда Жалнина была взята в конкурс фестиваля «Окно в Европу». Фильм ««Миттельмарш» о Петербурге снимает выпускница ВГИКа, ученица Алексея Учителя Софья Меледина, это своеобразный парафраз его «Прогулки». Над лидерским проектом «Летучий корабль» работает Илья Учитель, и отец признаётся, что ему уже нечему учить сына. На студии надеются на успешный прокат картины, над ней работает группа талантливых мастеров. Роман Шаляпин снимает детскую картину «Девочка Нина и пианино».
Учитель надеется, что в следующем году наконец приступит к съемкам картины о Шостаковиче по сценарию Александра Терехова, автора романов «Каменный мост» и «Немцы». Первый сценарий Александр написал для «Матильды», потом по его «Дылде» снял фильм Кантемир Балагов. О Шостаковиче Терехов написал не в жанре байопика, он повествует о том, что происходило во внутренней жизни композитора.
«За Шостаковичем стоит гигантская человеческая история, соотечественники даже не подозревают, через какие безумства пришлось пройти Дмитрию Дмитриевичу в личной и общественной жизни»
Алексей Учитель, режиссёр
Карантинные картины
Алексей Учитель руководит Экспериментальной мастерской во ВГИКе — летом отправил в жизнь третий выпуск и набрал новый курс. Но до сих пор утверждает, что «преподавать не умеет» и даёт своим студентам «скорее практическую режиссуру», тем более, они связаны со студией «РОК» — видят, как делается кино, снимают сами.
«По правилам нашей мастерской, — говорит Учитель, — студенты каждый год снимают по два фильма – игровой и документальный, и это сочетание откликается в них удивительным профессионализмом. Представьте, вначале они общаются с реальным человеком, потом с актёром, а мы приветствуем, когда в документальные фильмы вставляются игровые эпизоды и наоборот».
Так Рената Джало недавно выпустила документальную картину про маму, работающую на «Скорой помощи». Студенты сидели по домам, а им нужно было делать курсовые работы. И педагог-экспериментатор сказал: «Снимайте, что хотите, свои комнаты, квартиры, жизнь за окном, бегите на улицу». Работы получились разнообразные и очень искренние, и Учитель впервые за свою практику всем поставил пятёрки. При поддержке Минкультуры снимается фильм о композиторе Леониде Десятникове, делает картину о Родионе Щедрине молодой режиссер Ладо Моргания.
Учитель возглавляет популярный международный фестиваль «Послание к человеку», на который даже в прошлом «ковидном» году прислали работы из 90 стран мира.
О русских классиках
Фильмы о классиках – особая статья для Учителя. Когда-то он «безумно» хотел снять фильм о Чехове, впечатлившись книгой Дональда Рейфилда «Жизнь Антона Чехова». На студии лежит «потрясающий синопсис» Арифа Алиева о Пушкине.
«Если по нему снять, естественно, будут говорить — «Пушкина хотим видеть хорошим и благополучным», а, на самом деле, интересно было бы понять, почему он так гениально сочинял, а в жизни творились коллизии, связанные не только с дуэлями. Если снимать о классиках, считаю, не нужно делать байопики только с приятными событиями, интересно понять, почему из гения выливались именно эта музыка или эти литературные произведения. Когда я делал Бунина, крик, конечно, был поменьше, чем на «Матильде», но знатоки возмущались – «Почему у вас ни одного кадра, где Бунин сидит за столом и сочиняет?!» Боюсь, то же самое будет с Шостаковичем, если композитор не будет сидеть за роялем».
Алексей Учитель
«В чем только не обвиняли меня в связи с «Матильдой»: и в том, что сам устроил кампанию, и подписал договор с г-жой Поклонской, а один большой чиновник так и сказал: «Вы нас расстроили, мы пошли пошлятинку посмотреть, а вы показали что-то хорошее». Мы, действительно, сделали трогательную историю человека, делающего выбор между любовью и долгом, мне это было интересно. А однажды в Екатеринбурге, в ответ на утверждение – «Этого не было», я сказал: «Предоставьте документы», и — человек исчез. С притчевой картиной «Цой», в которой говорится о том, что происходит после смерти знаменитого человека, пришлось столкнуться с тем же самым. Люди путают художественный вымысел с реальностью, не могут понять, что существует авторское представление о герое. Книги, которые читаем, тоже не всем нравятся, но мы же не кричим — «запретить». Считаю, что автор имеет право на все, кроме нарушения закона, а отнимать у людей время на суды и следствия, заканчивающиеся, как правило, мыльными пузырями, считаю ужасным».
О Москве и Петербурге
Поклонников Учителя всегда интересовало, как он делит себя между двумя любимыми городами. На своем вечере он дал исчерпывающий ответ.
«Петербург – мой родной город, в нём я родился и довольно долго жил, а потом переехал в Москву, и если бы не случился этот переезд, я не снял бы всего того, что у меня есть. Москва тонизирует — ты чувствуешь огромную конкуренцию и должен все время быть предельно собранным. Но и сейчас в Питере провожу треть своего времени, и когда на машине ночью еду со смены по набережной, уж не говорю о том, что красивее города на земле для меня нет, Питер дает мне правильную человеческую эмоцию, он восстанавливает меня. Безумно люблю и Москву, и Петербург, но, образно говоря, в Петербурге я творец, а в Москве продюсер».
Однажды в Лос-Анджелесе
Алексей Ефимович не раз признавался, что больше всего боится «повторения самого себя» — если такое произойдёт, расстанется с кино. Но пока его всё устраивает, вот только Оскара на полке нет.
«Пора бы России получить свой Оскар», — отметил Учитель.
При этом режиссёр не спорит: объективности не добиться, фильмы оценивают реальные люди, и их взгляд всё равно будет субъективным. И рассказывает, как в 2000 году приехали с «Дневником его жены» в Лос-Анджелес в качестве претендентов, и только там он понял, сколь важен пиар. Продюсеры попытались нанять пиарщиков, и те долго смеялись над суммой, которую предложили русские. Увы, страна, выдвигающая фильм на Оскар, должна озаботиться и финансовой стороной в его продвижении.
Прыжок в реку Выкса
Разговор о третьей ипостаси Учителя оставили на финал. О том, каков режиссер на съемочной площадке, рассказали по видео Данила Козловский, Владимир Машков, Евгений Цыганов, Евгений Миронов и Елена Лядова. Все говорили о его перфекционизме, исследовательской жилке, требовании бесконечных дублей. Со стороны могло показаться, что речь идёт о режиссере-тиране, но стоит услышать признание самого Учителя:
«Актеры для меня божества на площадке, готов выполнять все их прихоти, люблю их и в жизни, мы дружим». «Сказки, что на «Космосе» делали до 50 дублей. Однажды с Мироновым сделали пять, и я говорю – «Давай ещё снимем». – «Зачем?» — «Затем, что только режиссёр думает о картине в целом, даже если в отдельной сцене всё хорошо. Ты замечательно сыграл, но, мне кажется, что чего-то не хватает». Он был недоволен, тем не менее, мы сделали ещё два дубля, и именно седьмой вошёл в картину. Миронов уехал на параллельные съемки, через несколько дней приезжает: «Снимай, сколько хочешь дублей!» Оказывается, на другой картине сняли один дубль, и – «Снято, все хорошо!» А он еще не успел в форму войти». «Но рекорд – 53 дубля я поставил-таки на «Космосе» с Женей Цыгановым. У них с Мироновым была парная сцена, диалоговая, а молодому Цыганову, видимо, сложно было понять, почему нельзя уехать за границу. В том, как он говорил, чего-то не хватало. А когда у актёров что-то не получалось, я предлагал им «выветрить негатив» — пробежать пару километров или отжаться».
«Володя Машков не рассказал страшный случай на фильме «Край», где он прыгал в бурную реку Выксу. Он выпустил верёвку, и его понесло на камни, могла случиться беда, но каскадёр опередил его и кинул верёвку ещё раз. Володя, к счастью, поймал, а я сижу у монитора, и ничего этого не вижу. Приводят мокрого Машкова, а я говорю – «Здорово, но надо ещё раз». Он смотрит на меня едва не со слезами и говорит – «Ну если надо, хорошо». Но тут мне прошептали в ухо, что случилось…»
Самые сложные съемки, по признанию режиссера, были, на «Матильде» и «Цое».
«Многое зависит от того, как настроена группа, если не будут следить за тем, что происходит на съёмочной площадке, ничего не снимешь, напомню сцену с массовкой в 2000 человек в «Матильде», которую снимали ночью, или съёмки массовки в 300 человек на 20-градусном морозе девять ночей подряд в «Крае». Было очень тяжело, а приходили одни и те же люди. Спрашиваю их – «После того, как в шесть утра заканчиваем, вы на работу идёте?» — «Нет, за деньги, которые вы нам платите, мы покупаем медсправки».
Но любимая история у Учителя другая: «На фильме «Край» мы поджигали баню. Она сгорала, крыша проваливалась, и оттуда на огонь должны были выбежать Женя Ткачук и обнажённая женщина. Это было опасно. Велел опросить массовку, есть ли желающие. Второй режиссёр разговаривать с женщинами отказался. Выстроили их передо мной, и я предложил тем, кто готов сняться, выйти вперед. Ни секунды не задумываясь, шагнули все тридцать. А в «Цое» была реальная гонка: Цыганов Женя вёл автобус, а с другой стороны был Верник, они увлеклись и могли столкнуться, но это был настоящий азарт… А по-другому я не умею».
Нина Катаева
