Некоторое время назад Минстрой России издал приказ, которым ввёл новое понятие для аварийного жилья – «ограниченно пригодное для проживания». Это вызвало недоумение и опасение, что ликвидация ветхого жилья в России может затянуться, поскольку любую развалюху теперь можно будет отнести к этой категории. Однако в России есть примеры успешного решения вопроса и осуществляли его именно те люди, которые сейчас отвечают за строительный комплекс в правительстве.
Квартирный вопрос в нашей стране — самый главный, а жильё остаётся единственным источником стабильности гражданина, более того, его выживания. Любой бездомный в России обречён на довольно скорую гибель, если ему не повезёт и его где-то не приютят. Кивание на опыт западных стран, где большинство жилье просто арендует, здесь не совсем уместно – аренда возможна только, когда человек работает, да и то съедает большую часть заработка. В случае потери работы платить становится нечем, рынка социального найма так и не сформировалось. У пенсионеров вообще никаких шансов снять жильё нет.
Именно поэтому каждый человек в России стремится получить хоть какой-то собственный угол, тем более что у нас не Калифорния, в коробке под пальмой не проживёшь. Он нужен даже если этот угол разваливается на глазах.
Аварийное и ветхое жилье досталось от Советского Союза – вопреки сложившемуся мнению новые дома в СССР строили неохотно. После революции было распределено барское жильё — всем нарезали по комнатке — появились коммуналки. В сталинское время строили добротно, но мало, и, в основном, в крупных городах. Приезжайте в любой маленький городок и увидите, что от советской архитектуры там только здание районной администрации. А вот старые дома как раз и являются тем самым ветхим жильём, которое превращается в аварийное. Впрочем, такого жилфонда полно и в крупных городах.
Вот с этим проклятым «квартирным вопросом» и пытаются справиться российские власти в последние 30 лет. Президент России неоднократно указывал правительству и последнее такое было 28 сентября – Владимир Путин поручил запустить новую программу по расселению аварийного жилья. «Надо вытащить людей из трущоб», — сказал тогда он.
Важная деталь, которая содержится в поручении – в программу должны войти дома, признанные аварийными на январь 2021 года. То есть задним числом признать их «ограниченно пригодными для проживания» при условии постоянного мониторинга уже не получится.
Означает ли это, что таким образом будут ограничивать признание аварийными новых домов ГлагоL, пытался узнать в Минстрое. Там пообещали, что обязательно дадут разъяснения по этому приказу, но позже.
Между тем в России есть примеры успешного решения жилищного вопроса. Так, в Татарстане ещё 1996 году была запущена «Программа ликвидации ветхого жилья» и действовала она до 2004 года. За это время квартиры получили все нуждающиеся в расселении. Абсолютно все!
И это при том, что нефть в 90-е стоила 16–20 долларов за баррель. К тому же основная часть программы пришлась на Казань, где нефтяных денег почти и не видели – они шли в муниципальные налоги на юго-востоке республики. Вся старая Казань в ту пору состояла из аварийного, ещё дореволюционного жилья, часто деревянного. Вода на улице в колонке, туалет во дворе, страшная теснота.
Для реализации программы был создан соответствующий фонд, куда все предприятия, включая малый и средний бизнес, в добровольно-принудительном порядке отчисляли один процент от прибыли. Ворчания было много, но власти республики привели весомую аргументацию. В советское время жильё для своих работников строили предприятия, а не государство. Сейчас это уже никто потянуть не в состоянии, значит будем строить вскладчину для ваших же работников. Времена Союза были рядом — все это ещё помнили и в итоге соглашались.
Как результат за короткое время на окраинах Казани выросли целые районы многоэтажек со всей инфраструктурой. Люди получали изолированные квартиры, причём у каждой семьи был выбор – давали три адреса, и они сами определяли в какое жилье заселятся. И очень важно – квартиры получали бесплатно, значит так можно. Ипотеку запустят потом.
За строительный комплекс в правительстве теперь отвечает первый вице-премьер Марат Хуснуллин. Он не только был свидетелем реализации программы ликвидации ветхого жилья в Татарстане, но и тем человеком, которые принимал в этом непосредственное участие. А на завершающем его этапе, с 2001 года, возглавлял республиканский Минстрой. Как осуществлялась работа помнит и нынешний министр строительства РФ Ирек Файзуллин.
То есть, когда Владимир Путин в конце сентября давал очередное поручение наконец-то решить проблему аварийного жилья, то он явно учитывал это обстоятельство – сейчас в правительстве есть люди, которые знают, что делать и не в теории. Кстати, президент подчеркнул, что это уже не первое его поручение такого рода. Просто теперь, кажется, появилась надежда. И хорошо бы не только у него.
