Вторая половина XVIII века стала временем славы русского оружия. Россия громит считавшегося непобедимым прусского короля Фридриха II и берет его города, включая Берлин. Одна за другой выигрываются войны с Османской империей, и страна получает выход к Черному морю. А начало этих блистательных побед положил фельдмаршал Петр Румянцев.
Полностью его имя звучит как генерал-фельдмаршал Петр Александрович Румянцев-Задунайский. Вторую часть фамилии он получил за то, что впервые со времен великого князя Святослава Русь снова закрепилась на берегах Дуная. Это было особенно символично, поскольку и сам фельдмаршал появился на свет в этих краях.
В январе 2025 года исполнилось 400 лет со дня рождения этого полководца. Это произошло 4 (по нынешнему стилю 15) января 1725 года. Есть версия, что случилось в Москве, но большинство биографов уверены, что в селе Строинцы в Молдавии.
Тогда это была турецкая территория, но дело в том, что отец, Александр Румянцев, отправился по поручению Петра I к Османскому двору и его молодая жена ожидала возвращения супруга как раз в Строинцах. Сына назвали в честь государя.
И вот тут появляется интрига, которая волновала всех современников Румянцева – его отцовство приписывали Петру Великому. Способствовало этому то, что крестной матерью стала Екатерина I — впоследствии императрица Елизавета Петровна лично следила за судьбой молодого человека и давала указания по его воспитанию. А Екатерина II относилась с небывалым уважением, несмотря на то что фельдмаршал называл себя сторонником Петра III и позволял себе говорить о ней все что думает.
Основанием служила сплетня, что его мать Мария Андреевна, внучка знаменитейшего боярина Артамона Матвеева, очаровала царя Петра. Они сблизились и на ней это так сказалось, что вскоре забеременела. Тогда срочно выдали замуж за денщика царя. А им как раз и оказался Александр Румянцев.
Но скорее всего, это просто именно сплетня. Однако, судя по всему, она имела определенные последствия в судьбе Румянцева. Отец очень быстро, впрочем, как все денщики Петра, поскольку бездарей тот не брал, продвинулся по служебной лестнице. Стал генерал-аншефом — во времена Елизаветы Петровны графом — получил обширные владения в Малороссии и потом все это передал сыну.
А тот рос молодым повесой. Детство провел в украинских имениях отца, а в 14 лет императрица Елизавета Петровна лично распорядилась отправить на учебу в Берлин. Она отписала тогдашнему послу барону Бракелю, чтобы тот следил за прилежанием Пети Румянцева, «хорошо изучил иностранные языки, а также другие необходимые ему науки от хороших учителей». А потом, чуть ли не в каждом письме, интересовалась его успехами.
А успехов не было. Юный Румянцев пустился во все тяжкие – пил, гулял, устраивал переполох в высшем обществе. Уже в день приезда чуть не арестовали после пирушки. Дело дошло до того, что попросился обратно в Россию, поскольку в берлинском высшем обществе уже не мог появляться – стыдно было.
Бракель отписал об этом императрице. И вот в том письме добавил рекомендацию использовать в военном деле – каким-то образом посол увидел в Петере Румянцеве задатки командира. И не ошибся. Так Бракеля можно считать человеком, который первым указал на талант полководца и сыграл определенную роль в его судьбе.
Во всяком случае императрица именно так и поступила. Но тоже чуть все не сорвалось. В 1740 году Румянцева отозвали из Берлина и определили в Сухопутный шляхетский корпус. Учеба там опять не задалась и фельдмаршал Миних в сердцах, не предупредив отца (генерал-аншефа, между прочим), отправляет балбеса в армию.
И там происходит преображение. Румянцев оказался прирожденным командиром. Уже в русско-шведскую войну 1741-1743 годов показал отличные качества, быстро дослужился до капитана. А когда привез Елизавете Петровне известие о заключении выгодного Абидосского мирного соглашения, то произведен в полковники.
При этом чудить Румянцев меньше не стал, однажды построил свой батальон перед домом мужа любовницы и командовал им в «костюме прародителя Адама». Он вообще угомонится только когда в 23 года женится на дочери фельдмаршала Голицина. Екатерина Михайловна была на 11 лет старше и сумела утихомирить мужа. Кстати, у них родились трое любимых сыновей – брак был счастливым.
В Семилетнюю войну с Пруссией талант полководца уже проявился в полной мере. В битве при Гросс-Егерсдорфе Румянцев командует пехотной бригадой, которая находилась в резерве. В решительный момент он идет в наступление без приказа и штыковой атакой на фланг противника обращает его в бегство. Наверное, многие тут удивятся, но это вызвало восхищение будущего Петра III, которого мы считаем сторонником прусского короля.
Румянцев уже давно пришел к выводу, что главное – наступательная стратегия. Это сильно отличалось от принятых в то время нормах ведения войны, когда больше уделяли внимание маневрам и обороне. Румянцев же считал, что уход в необоснованную оборону лишь порождает страх у полководца, а наступление заставляет думать о победных решениях. Еще он возвращает понятие контрнаступления. За время Семилетней войны специально проверял на практике эти свои умозаключения и всякий раз выходил победителем – взял Кольберг и Кенигсберг. Войну закончил генерал-аншефом.
Известие о государственном перевороте и воцарении Екатерины Петр Румянцев воспринял негативно и не скрывал своего мнения, даже вначале присягать отказался. А та, наоборот, внешне отнеслась к нему с большим уважением, прислала очень доброе письмо, в котором заверила, что его приверженность Петру III никак не повлияет на ее расположение.
И действительно, вскоре Румянцев появляется при дворе, что немало всех удивило. Известно, что еще и братья Орловы дали Екатерине блестящую рекомендацию – они были в восторге от Румянцева-полководца. Екатерина прислушалась, была добра, но всегда помнила, что Румянцев не входит в круг ее сторонников.
А потому все же удалила из Петербурга, предложив важную должность. Но как оказалось и как администратор он неплохой – с 1764 года был генерал-губернатором Малороссии и сделал немало, чтобы ликвидировать злоупотребления гетманов, за что получил любовь местного населения.
В разразившейся русско-турецкой войне 1768-1774 годов командовал 2-й армией. По замыслу она должна была стать вспомогательной. Но Румянцев так начал лупить турок, что она быстро превратилась в основную ударную силу. Причем действовал меньшими, чем у противника силами.
Летом 1770 года было сразу три громких победы – 17 июня разбил врага при Рябой Могиле, 7 июля на реке Ларга, а уже через две недели, 21 июля, при Кагуле. 2 августа ему присваивается звание генерал-фельдмаршала. В 1771 году 45-тысячное войско Румянцева сковало и дезорганизовало атаками 120 тысяч осман, а потом разбило 50-тысячную армию в низовьях Дуная.
В 1774 году разобщил все турецкие войска, отрезал от основной Турции, вызвал панику и вынудил подписать выгодный для России Кучук-Кайнарджийский договор – Крым и Кубань стали нашими. За эти подвиги Румянцев получил к фамилии приставку «Задунайский», множество наград, включая орден Андрея Первозванного.
После войны Румянцев вернулся к управлению Малороссией. Екатерина, хоть и осыпала милостями, но держала приверженца покойного мужа подальше от Петербурга. Это, похоже, чувствовал и екатерининский фаворит Григорий Потемкин, в результате у него вышел острый конфликт с фельдмаршалом. Справедливости ради стоит сказать, что тот тоже с ревностью относился к успехам бывшего подчиненного.
Румянцев постепенно отходит от активных дел. В новой русско-турецкой войне 1787-1791 годов он уже не участвует – там блистали Суворов и тот же Потемкин. Еще во время войны Петр Александрович почувствовал себя больным, а конфликт с Потемкиным еще больше подорвал здоровье.
А после 1794 года и вовсе тихо живет в своем имении, хотя продолжает отправлять обязанности генерал-губернатора Малороссии. Умер генерал-фельдмаршал Петр Александрович Румянцев-Задунайский 8 (19) декабря 1796 года в полном одиночестве и похоронен в Киево-Печорской лавре.
