Считается, что в истории России было три революции и все они произошли в начале XX века. Наиболее известная та, что долгое время именовалась «Великой Октябрьской революцией 1917 года», которую современники, включая и самих организаторов, называли Октябрьским переворотом. Но он был бы невозможен не случись второй, февральской революции, которая уничтожила в стране монархию – 2 марта (15 марта) исполняется 105 лет с момента отречения императора Николая II от престола.
Представим себе, что мы живем всё ещё по Юлианскому календарю – так становится понятнее, почему революция называется Февральской. Поэтому все даты в этом тексте будут даны по старому стилю.
Все три официальных русских революции имели примерно одинаковые причины. Как, впрочем, и любые другие и в любой стране, и в любые времена. Как говорит Эдвард Радзинский, «меняются костюмы, люди не меняются». Но особенность первых двух русских революций в том, что ни одна из них так и не сняла противоречия, которые к ним привели – власть для этого ничего толком не сделала. И лишилась этой власти.
Первая русская революция 1905–1908 годов обнажила те самые противоречия и причины, которые власть упорно не хотела замечать. Известно, что любая формация меняется, когда развитие общества входит в противоречие с текущим государственным устройством. Если власть готова меняться и отвечать современным требованиям – она трансформируется и остаётся. Если нет – её сметают.
Так произошло с Римской империей, когда рабовладельческое хозяйство изжило себя. В Западной её части этого не поняли и пытались законсервировать положение вещей. И Рим пал. В Восточной части сумели подстроиться и она превратилась в могучую сверхдержаву своего времени, которую мы сейчас знаем как Византия. По этой же причине случилась и Великая Французская революция, когда уже в свою очередь изжил себя феодализм, и буржуазия требовала своё.
К концу XIX – началу XX века подобная ситуация сложилась и в России – страна развивалась бурными темпами, а политическое устройство, оставаясь феодальным, не соответствовало вкладу каждого отдельного человека. Те, кто создавал блага, развивал страну за счёт своей предприимчивости и уму, требовали и права голоса решать судьбу страны. Включая и рабочих, чьим трудом и получалась высокая добавленная стоимость, которая приводила к увеличению благосостояния.
Но самодержавие и аристократия ничего менять не хотели. А когда стали настойчиво просить, то применили силу – Кровавое воскресение 9 января 1905 года подняло страну на вооружённое сопротивление. И только тогда власть вынужденно пошла на уступки. Появился великий реформатор – Петр Столыпин. Но как только всё успокоилось, то успокоилась и власть. Испуг прошёл и все решили, что пора возвращаться к старому. Преобразования Столыпина по факту притормозили, а после его убийства и вовсе свернули.
Но тут грянула Первая мировая война. Не она стала причиной двух последующих революций, но обострила донельзя те самые противоречия, которые не стали убирать после первой революции. Война стала тем катализатором, который привёл к ускорению процессов. Причем настолько, что уже в какой-то момент не оказалось времени им противодействовать.
Царская власть в России всегда была сакральной. Формула «царь — хороший, бояре – плохие» работала безотказно. Она и сейчас ещё жива в народе – чуть что все бегут подавать челобитную царю, поскольку от бояр кроме обид и притеснения ничего не дождешься. А в то время она вообще была незыблемой. Во всяком случае так казалось.
Но её расстреляли 9 января 1905 года. Стреляя в народ, который шёл с верой в справедливость государя и его портретами к Зимнему дворцу, солдаты палили и по его изображению. И убили. Неслучайно активная фаза февральской революции началась именно 9 января 1917 года, когда была объявлена всероссийская стачка посвящённая 12 годовщине тех событий – бастовало свыше 700 тысяч человек.
К тому моменту от былого авторитета императора и его семьи не осталось и следа. Помогла и распутинщина, которую вдруг все увидели. Десакрализация власти свершилась и это заметили все, кроме самого императора. Его даже в Петрограде не было – сидел в ставке в Могилёве и, судя по дневниковым записям, ничего не желал видеть и слышать. Хотя уже со второй половины 1916 года все его предупреждали – в стране назревает хаос. Но жена, императрица Александра Федоровна писала из Царского Села, что у них все спокойно и прекрасно. Так стоит ли обращать внимание на крики председателя Госдумы М. Родзянко, что всё пропало?
Но прав-то был Родзянко и иже с ним – война нарушила все экономические связи, Россия, которая обеспечивала продовольствием всю Европу, вдруг оказалась не способной прокормить себя. Назревал голод, при том, что еда в стране была. И это не немецкие шпионы виноваты – такое ни одному диверсанту не под силу, что может сделать власть, которая не видит действительности.
В результате к новому 1917 году страну охватил не только экономический, но и политический кризис. После всероссийской стачки 9 января события ещё с месяц раскачивались, а потом развивались стремительно. 18 февраля забастовка Путиловского завода, 23 февраля огромная демонстрация в Петрограде под лозунгами «Долой войну» и «Хлеба!». На следующий день всеобщая стачка в Петрограде, а следом и Всероссийская. 26 февраля солдаты вновь, как и в 1905 году, расстреливают демонстрацию рабочих, а уже на следующий день начинается вооруженное восстание, и эти же солдаты переходят на его сторону.
2 марта 1917 года царь Николай II подписал отречение от трона в пользу своего брата Михаила.
Историки точно знают причины случившегося – потому что не в первый раз уже, Николай был не первым в мире. Среди них они называют отсутствие возможности влиять на власть, в России ещё и неподконтрольность правительства при одновременном ограничении его полномочий. Плюс продовольственный кризис и непомерный рост цен. В результате действующая политика уже не могла выражать интересы не только большинства, но и сколь либо значительной группы населения. А сказать Николаю об этом было уже некому. Да он и не слушал.
Олег Павлов
