На площади иногда мелькали одинокие человеческие фигуры — чаще неразличимые, размытые. А старая администрация, что была некогда построена из камня, привезённого с эти же гор, смотрела зияющей пустотой чёрных окон в сторону до боли ей знакомых вершин.
Обогнув это здание, я оказался в старом сквере, который в детстве мы с гордостью называли парком. Оттуда по узкой, обветшалой тропинке дошёл до места, где была наша школа. Её, оказывается, недавно снесли. Теперь тут построили новый мультикультурный центр и он настолько огромен для этого маленького и уютного города, настолько сюда не вписывается, что лучше бы тут стояла моя старая, советских времён школа с углублённым изучением математики, в которой я дважды оставался на второй год.
Вернулся Боря и начались шатания. Ему хотелось посетить то старое-престарое кафе, в котором ещё его родители играли свадьбу, но ему ещё хотелось успеть на чёртово колесо, если оно работает и ещё он хотел посетить старый железнодорожный вокзал, который тоже давно не функционирует, но где есть «замечательная фактура для селфи» и прочее и прочее. Но все, что мы сделали — зашли в какой-то ресторан и наелись до отвала. А после этого мне захотелось домой. Город моего детства как-то потускнел и стал не интересен. Его как-то проще любить на голодный желудок. А вот сытым тут гулять совершенно не хочется. Договорившись, что в этот раз хоть мы и не успели посмотреть его нормально, но обязательно приедем сюда специально, чтобы посмотреть дом нашего детства, улицу и школу нашего детства и сходить на то самое кладбище, где бабушка Бори набирала могильную землю для своих надобностей.
Вот уже второй день ни Марина, ни Руслан никак не проявлялись и я уже начинал за них переживать, но написать первым не смел, так как боялся, что они снова привлекут меня к какому-нибудь путешествию. А мне так нравилась моя спокойная и размеренная жизнь без них, что момент нашего общения я все больше и больше оттягивал на потом. Благо, Боря спешил в свой город и остаться у меня в гостях не пожелал. Я из приличия сделал вид, что расстроен и беспокоюсь, мол, как ты в ночь-то доедешь, друг мой, дороги-то четыре часа езды и может быть все же останешься и тд и тд, но Боря мне так и сказал, что видит, что я хочу побыть один, а дорогу он любит и даже отдыхает во время езды. Я обрадовался, что все так и решил, что придя домой, напишу этим двум (Марине и Руслану) в группу, чтобы узнать как у них дела. Придя домой, я так и поступил. Буквально через минуту после моего сообщения перезвонила Марина:
— А ты помнишь, что скоро у меня день рождения? — без прелюдий начала она
— Конечно! — солгал я. На самом деле о всех днях рождения своих друзей я узнаю из соцсетей.
— На море не хочешь с нами? — спросила она то, чего я боялся больше всего на свете.
— Хочу! — солгал я.
— Тогда мы с Толей решим куда и в какой день выезжаем и я тебе позвоню — радостно пролепетала Марина и попрощалась со мной.
А я сел и подумал, ну почему я такой слабовольный? Почему я не умею отказать, когда отказать надо. Во-первых, дома дел невпроворот, нужно написать проект для заказчика, нужно раз в день сдавать текст в редакцию, а я опять безответственно поеду на море. О том, что случилось после, расскажу в следующей части.
В предыдущей я писал о поездке в город моего детства.
фото: Tiago Felipe Ferreira/unsplash.com
