Одним из самых ярких эпизодов в российской-украинских отношениях стало предательство гетмана Ивана Мазепы. Обласканный Петром, который считал его не только сподвижником, но и другом, тот перешёл на сторону шведского короля. Но поддержала его в этом лишь меньшая часть казаков, а были среди них и те, кто предупредил Петра и поплатился за это жизнью – 315 лет назад Мазепой был казнён полковник Василий Кочубей.
Случилось это 26 июля по новому стилю (15 июля по старому) 1708 года в местечке Борщаговка недалеко от Белой Церкви, где в тот момент стоял лагерем Мазепа. Помимо Кочубея с ним был обезглавлен и сподвижник – Иван Искра. Полковников выдали по приказу Петра I – он настолько доверял Мазепе, что не поверил доносчикам, приказал арестовать, пытать и затем передал гетману «на расправу». Случилось это за несколько недель до предательства.
Василий Кочубей был не рядовой заговорщик, а второе лицо во всем гетманстве – генеральный судья и генеральный писарь, один из самых богатых людей в Малороссии. Кстати, владелец прославленной Гоголем Диканьки. Его дед был знатным беем в Крымском ханстве, но затем перешел на службу в Речь Посполитую, в крещении получил имя Андрея. Отец, Леонтий Кочубей, уже занимал значительные должности. Но, как позже отметят исследователи и биографы, сам Василий Кочубей почти не упоминает о знатности своих предков, даже когда это было уместно.
Сам он начал свою службу в гетманской канцелярии, то есть был профессиональным бюрократом. Довольно быстро сделал тут карьеру и уже при гетмане Иване Брюховецком играл видную роль в канцелярии, а фактически правительстве. При гетмане Иване Самойловиче стал уже «реентом» и пользовался абсолютным доверием последнего. Что не помешало участвовать вместе с Мазепой в заговоре против него и донос на имя царевны Софьи через Василия Голицина написал именно Кочубей.
Стоит отметит, что интриги, кляузничество и доносы среди украинской старшины были делом обычным, а для них и естественным. Это во многом объясняет, почему Мазепа с такой легкостью перекинулся на шведскую сторону, когда решил, что Петр проигрывает войну. И то, что сам царь не поверил доносу Кочубея, посчитав как раз проявлением этой склонности малороссийской знати.
Между тем, между Кочубеем и Мазепой долгое время были самые приятельские отношения, которые чуть не стали и родственными. Гетман был крестным отцом дочери Кочубея Матрены. При этом она, кажется, была влюблена в пожилого Мазепу и когда он овдовел, то убежала к нему. Но тот вернул родителям, хотя тоже испытывал чувства большие, чем отеческие – церковь не дозволяла жениться на крестной.
Это версия Мазепы. А вот Кочубей утверждал, что Мазепа сватался, а когда ему отказали, то организовал ее побег. Правда, не отрицал, что тот дочь потом вернул. Тут стоит сказать, что о «насильничьи» Мазепы над дочерью Кочубей заявил царской следственной комиссии, когда та допытывалась о причинах доноса. Допытывались в прямом смысле – на дыбе, а на ней что только не скажешь.
Но фактом остается то, что своим планом перекинуться к шведскому королю и отделиться от России Мазепа в 1706 году поделился именно с Кочубеем. А когда отлучался из Малороссии, то наказным гетманом, то есть исполняющим обязанности, всегда оставлял Кочубея. Значит доверял ему всецело и никаких причин для обратного на тот момент не видел.
Но идея отделиться от России Кочубею явно не нравилась. В 1707 году от передает со странствующим монахом Никанором устный донос о намерениях Мазепы. Тот в Москве явится в Преображенский приказ, который выполнял роль спецслужб, все передаст, но сообщение останется без последствий.
Однако попытки предупредить Петра продолжатся, хотя Кочубей знает, что тот наказывает всякого доносчика на Мазепу. Он отправляет с казаком Петром Яценко в Москву еще один донос, где уже рассказывает о планах покушения на царя, если тот приедет в Батурин – а такие планы были.
К его усилиям присоединяется полковник Иван Искра. Они еще раз через священника Ивана Святайлу предупреждают о том же полковника Ахтырского полка Осипова и просят обязательно довести сообщение до Петра. 27 февраля 1708 года это было сделано через киевского губернатора Дмитрия Голицина.
Но к тому моменту Мазепа уже обо всем знал и сам написал царю письмо, что мол «жди доноса». Петр доверял Мазепе всецело, считал его своим другом, гетман стал одним из первых кавалеров Ордена Андрея Первозванного. Мазепе он написал, что поручает ему поймать и наказать доносчиков.
Но те уже прибыли в Ахтырский полк, который был вне юрисдикции гетмана. Были схвачены и отправлены в Витебск. Там их ожидала розыскная комиссия во главе с канцлером Гавриилом Головкиным и его заместителем Петром Шафировым. Кочубея и Искру подвергли страшным пыткам – были уверены, что они действовали по наущению шведов для ослабления России. Под ними они отказались от прежних показаний, но категорически отвергли обвинения в сношениях со шведами. Затем были выданы Мазепе.
26 (15) июля 1708 года, после повторных пыток, Кочубей и Искра были обезглавлены на площади Борщаговки. Произошло это при огромном скоплении народа, а оцепление состояло из русских солдат.
Через несколько недель Мазепа открыто перейдет на сторону Карла XII.
Есть сведения, что Петр ждал, что Мазепа попросит помиловать «заговорщиков» и был немало удивлен, что этого не случилось. Возможно, тогда мелькнула мысль – а вдруг они были правы? И все же измена Мазепы произвела на царя сильнейшее впечатление, практически потрясение.
По его приказу был выкован «Орден Иуды», но «вручить» его так и не удалось – Мазепа после Полтавы ушел в Турцию вместе с Карлом и умер уже в сентябре 1709 года. Кстати, от вшей – они его сожрали практически живьем, и никто ничего не смог поделать.
А царь Петр повинился перед мертвыми Василием Кочубеем и Иваном Искрой. Их тела были перенесены в Киево-Печорскую лавру и захоронены возле трапезной церкви. Семьям были возвращены все земли и имущество, а от казны было дано и сверх того.
