Раздел наследства в России часто превращается в настоящую гражданскую войну внутри семьи. Корни этой проблемы уходят глубоко в историю страны: отношение к наследству как к несправедливой «халяве» сформировали народные сказки, советская идеология и правовой нигилизм. Такое мнение для СМИ2 высказал кандидат психологических наук, доцент кафедры психологии образования и педагогики факультета психологии МГУ им. М. В. Ломоносова Евгений Крашенинников.
Психолог обратил внимание на тот факт, что проблема наследования везде непроста, однако в нашей культуре она отягощена несколькими дополнительными факторами. И первый из них: наследство оказывается деньгами и имуществом «как бы падающим с неба тебе в руки» — «халявой».
«Стремление к ней [халяве] глубоко укоренено в сердцах людей, раскрытию чего русская литература и кино посвятили немало времени. Да стоит просто вспомнить русские народные сказки, в которых бездельник Емеля, лежавший на печи и соглашавшийся чуток помочь по хозяйству только за то, что ему братья леденцы с базара привезут, потом передавливает санями без лошадей полдеревни, избивает носящейся по воздуху дубинкой стражников, пришедших арестовать его за членовредительство соседей, и в конце концов получает полцарства и царевну в придачу? За что? За то, что на печи лежал и ворон считал», — отметил эксперт.
К этому моменту прибавляется второй российский феномен: страна в 20-м веке пережила «опыт коллективной зависти, официально закрепленной идеологически». Кулаки и буржуи вызывали гнев, независимо от того, что трудились не меньше крестьян и простых рабочих. Логика была проста: если у него много денег, значит он их украл. У кого? У меня. Такое отношение распространялось и на наследство.
«А уж если эти деньги он получил, не успев еще сам потрудиться — и даже не получил еще, а просто в одиннадцать лет имеет возможность получить от двоюродного дядюшки, — то уж точно это несправедливо. А справедливо как? Отдать мне. Хотя я дядюшку в глаза не видел и стакан воды к постели умирающего не подносил», — объяснил Крашенинников.
Третьим феноменом стал полный юридический нигилизм населения в 20-м веке и начале 21-го. В отличие, к примеру, от американской культуры, в советском кинематографе практически отсутствовал такой вид фильмов, как судебная драма.
«Юридические споры (нормальные и законные) о разделе наследства воспринимаются, как попытки обмануть праведного и урвать у него, хотя степень законности принадлежности ему наследства предельно сомнительна. <…> И к своему наследству люди относятся так же пренебрежительно (ведь опыта завещания реально ценного имущества у многих просто не было и быть не могло в ситуациях, когда квартира принадлежала государству, а садовый участок — садоводству), погружая наследников в домашнюю гражданскую войну», — отметил эксперт.
По словам психолога, разделение наследства в реальности не должно быть проблемой, это лишь юридическая задачка: обозначить претендентов и их права, прописанные в законе, на основании этого вынести решение. Сторонним же наблюдателям не должно быть до этого дела, так как деньги делятся не их, а делятся по закону.
Ранее «ГлагоL» сообщал, что для россиян упростили порядок вступления в наследство, который связан с порядком выдачи нотариусами свидетельства о праве на наследство.
