Аурен Хабичев — Дмитрий, то, что сейчас происходит, не напоминает вам уроки истории столетней давности? Не выльются ли эти протесты в кровавую резню?
Дмитрий Некрасов — Теоретически, конечно, все может произойти. Но я не вижу предпосылок к кровавой резне, по крайней мере, в обозримом будущем, так как запас прочности режима достаточно велик. Но если сравнивать ситуацию с событиями начала XX века, то я вижу больше сходства скорее в действиях российских властей сегодня и тогда, нежели в действиях оппозиции.
Потому что, все-таки, оппозиция у нас сейчас другая во всех смыслах и с точки зрения пассионарности и с точки зрения готовности к насильственным методам захвата власти. А вот власть совершает похожие ошибки. Достаточно вспомнить Кровавое Воскресенье, когда была продемонстрирована совершенно бессмысленная и немотивированная жестокость по отношению к безоружной манифестации, которая серьезно подорвала веру населения в доброго царя.
Если бы Николай II вовремя шел на какие-то уступки в области демократизации, то весьма вероятно, что радикального насильственного слома системы удалось бы избежать. И вот нынешняя власть себя как раз ведет во многом аналогично царской. Но на дворе точно еще очень далеко до 1917-го, это в самом лучшем случае 1905-й.
А.Х — О Мосгордуме я очень редко слышал до того, как эти события не начали происходить. Вот если даже этих кандидатов допустят до выборов и если даже они войдут в число депутатов, что изменится в российской политике? Нет, не так. В российской политике хоть что-нибудь изменится?
Совершенно согласен с тем, что с содержательной точки зрения, даже если бы 4-5 человек оппозиционеров прошли бы в состав 45-местной думы, ничего там сделать они бы не смогли. Они бы не смогли провести никакого закона, заблокировать никакого закона.
Формально они могли бы требовать какой-то отчетности от чиновников, отправлять запросы, вмешиваться в какие-то локальные ситуации с застройками и так далее. С моей точки зрения в высшей бюрократии на уровне Собянина или Путина, такая их активность, это, скорее, плюс. Система общественного контроля повышает эффективность работы бюрократии среднего звена, а потому выгодна высшей бюрократии.
Я думаю, в мотивах власти преобладала другая составляющая. Скажем, прошли бы Гудков и Яшин в Мосгордуму. Это бы значило, что, например, Яшин, который делал свою карьеру, «бегая по площадям», то есть, совершая то, что так не нравится нашему Президенту, обрел какой-то формальный статус. И если бы такой человек прошел уже до уровня регионального собрания, то такой прецедент выглядел бы, что даже людям с «протестным» прошлым можно обрести формальный статус. Что теоретически может стимулировать многих молодых людей прийти в протестное движение
Ну и понятно, что это повысило бы шансы того же Гудкова и Яшина потом избираться в Государственную Думу. Хотя тут тоже понятно, что даже при таком сценарии ничего бы в стране не изменилось. И я считаю, что для системы подобное развитие событий играло бы скорее стабилизирующую роль, но силовики воспринимают это как некую опасность.
Я думаю на них оказывает влияние понимание того, что на украинском майдане и в других похожих ситуациях, для успеха любых массовых выступлений очень важно, чтобы на их стороне была какая-то часть элит, люди с политическим статусом. И, видимо, эта история, этот опыт не дает покоя людям, принимающим решения.
Хотя, с моей точки зрения, все это, конечно, излишняя перестраховка, и на мой взгляд, интеграция оппозиционеров в какую-то формальную структуру, наоборот, увеличила бы устойчивость режима и возможности системы купировать протест.
Когда система более гибкая и подвижная, то ее сложнее сломать, а когда система костная и архаичная, она по итогу всегда ломается. Сейчас власти практически на ровном месте, спровоцировали большую протестную историю в Москве, которая, очевидно, негативно влияет на уровень поддержки власти населением и, как мне кажется, власти получили больше издержек, чем если бы Яшина и Гудкова допустили до выборов.
А.Х — Вы справедливо заметили, что на федеральных телеканалах очень мало времени уделяется, действительно, важным вопросам. Как-то московским протестам, пожарам и взрыву ядерной то ли батарейки, то ли целого реактора в Архангельской области. Если это так, зачем вы продолжаете ходить на эти ток-шоу?
Ну, во-первых, потому что я всегда говорю там то, что хочу говорить. В связи с этим, меня даже могут перестать приглашать на некоторое время. Или что-то вырезают, если это идет в записи. Но очень много идет и в прямом эфире, поэтому, даже понимая, что я ограничен темой, я всегда могу озвучить какие-то важные проблемы, о которых они стараются умалчивать. Я, кстати говоря, высказывался и по поводу митингов и по поводу обысков с арестами, и если бы я не ходил на эфиры, эти темы не прозвучали в эфире федеральных каналов, ну или меньше бы прозвучали и в иной тональности.
Во-вторых, аудитория федеральных каналов неоднородна, среди них есть люди либеральных, или умеренных взглядов, которые в силу возраста или привычки потребляют информацию через телевизор и не умеют по-другому. Это моя аудитория, которая меня поддерживает и ради которой я в основном выступаю. Я это не придумал себе: люди регулярно пишут мне в соцсетях, подходят на улице и выражают поддержку. Понятно, что большинство аудитории федеральных каналов настроено по-другому и меня не любит, но я думаю, что процентов 20 как раз благодарны тому, что я представляю альтернативную точку зрения.
Ну и потом меркантильные интересы – посещая эфиры я увеличиваю личную узнаваемость. Как бы это абсурдно не звучало, я продолжаю надеяться на участие в российской политике. А для политика – узнаваемость очень важная вещь. Я считаю это активом, который в будущем можно будет использовать.
А.Х — На мой взгляд, власти с протестами справились довольно эффективно. Ни петиции, ни выступления известных людей за оппозицию абсолютно не заставили власть вести себя как-то иначе. Захотели – разогнали. Захотели – дали согласие на проведение митинга. Но либералы, в том числе вы, в унисон утверждают, что де у властей не было плана на этот случай, что они напуганы и проч. Вы, действительно, так считаете?
Тут несколько разных тезисов. Лично я не считаю, что власти как-то напуганы. Это было бы странно так думать, но говорить, что они эффективны и замечательно справляются с протестами – это прямо противоречит действительности.
Еще два месяца назад в Москве не было никаких протестов, не было никакой протестной активности, не было ничего и тут бабах, на ровном месте исключительно из-за действий властей 60 тысяч человек выходит на улицу.
Вместо этого власть могла допустить на выборы, например, Гудкова и Галямину. Или вообще допустить всех и на выборах их как-то обыграть, причем даже честным способом. И тогда даже близко не было бы такого протестного потенциала, не было бы митингов, судов задержаний.
Власти сами, на ровном месте, спровоцировали самый масштабный с 2011 года протест и самые масштабные задержания, в принципе за всю свою историю новой России. Наблюдается снижение рейтингов поддержки президента и власти в целом. И это свидетельствует о низкой эффективности действий властей. Это говорит о том, что они не ожидали такого рода событий, потому что если бы хоть кто-то, хоть немножко вменяемый во власти, хоть как-то близко предвидел, что случатся протесты подобного масштаба, никто бы, конечно, на это не пошел и решили бы вопрос более мягкими методами, просто попытались бы электоральною обыграть оппозицию.
Я могу предположить примерно следующую картину событий – когда на эту тему шел разговор не знаю с Путиным ли, или между Собяниным и силовиками, силовики взяли на себя ответственность за купирование протеста и им дали картбланш. Насколько я знаю, Собянин готов был зарегистрировать некоторых оппозиционных кандидатов, а силовики сказали, что нет, это все враги, агенты госдепа и так далее. Собянин не стал брать на себя ответственность за развитие ситуации и сделал так как сказали силовики. Теперь на них вся ответственность за происходящее перед Путиным.
Что будет дальше пока не понятно. Я не исключаю возможности, что протесты будут нарастать, и, возможно, что по результатам в силовом блоке какие-то люди лишаться постов. Может быть все будет наоборот протесты затихнут, и позиции силовиков усилятся. Но очевидно, что для власти в целом на данный момент издержки от того, что ряд кандидатов не допустили до выборов во много раз превысили издержки, которые могли бы быть.
