В России сегодня День солидарности в борьбе с терроризмом. 15 лет назад в Беслане произошел один из самых чудовищных и страшных терактов в истории России. Настолько страшный, что даже через 15 лет очень сложно найти слова, чтобы о нем написать. Настолько чудовищный, что даже через 15 лет, пересматривая хронику тех дней, невозможно поверить, что такое могли совершить люди.
Я эти три дня помню как вчера, хотя никогда не был в Беслане. 31 августа 2004 года мы с женой и маленьким сыном прилетели отдыхать в Египет, а 1 сентября я включил телевизор. И я не отходил от него три дня. Я вообще больше ничего не помню про тот отпуск, кроме кадров из телевизора, хотя обычно смотрю его очень редко. И с огромной горечью сознаю, что террористы своего добились. Ведь основная цель терроризма — посеять ужас и панику среди максимального количества населения. Совершить что-то настолько чудовищное и в настолько безобидном месте, чтобы у людей по всему миру встали волосы дыбом и опустились руки. Собственно, и само слово «terror» в переводе с латыни означает страх, ужас, запугивание. К сожалению, школа и дети — идеальная мишень для этих подонков, такое забыть невозможно. И даже сейчас, через 15 лет, люди, которые хотят почтить память погибших в Беслане, не могут найти слов и сдержать слёз. Невозможно вернуть погибших, но можно посвятить хотя бы один день изучению материалов о том, как противостоять терроризму.
К сожалению, на официальных сайтах МВД и ФСБ материалы об этом найти непросто. Если не считать «Рекомендации гражданам по действиям при угрозе совершения террористического акта» за 2006-й год на сайте ФСБ. Может, вам повезет больше и найдете что-то еще. Я нашел в других источниках ответ Сергея Гончарова, Президента ассоциации ветеранов подразделения антитеррора «Альфа»:
«Есть единственный способ борьбы с терроризмом, он один для всех спецслужб мира — это оперативная агентурная работа, когда информацию получают до теракта и его предотвращают. После этого, извините за выражение, мы бьем по хвостам. Поэтому нет ничего другого и более соответствующего нынешнему разгулу терроризма, кроме агентурно-оперативной работы и контроля людей, подозреваемых, которые были уже замечены в каких-то актах, вызвавших опасения у спецслужб.»
Но агентурная работа — это далеко не все. Борьба с терроризмом невозможна без активной поддержки населения, то есть нас с вами. Активная поддержка — это когда мы сами сообщаем о подозрительных предметах, людях, автомобилях и т.д. Вот с этим у нас большие проблемы. Ненависть к стукачам, идущая со сталинских времен, передается по наследству. И она абсолютно оправдана — но только к тем людям, которые писали ложные доносы в те времена. Но если сегодня вы заметили около школы оставленный автомобиль с номерами другого региона или без номеров, и возможно просевший под тяжестью какого-то груза — позвоните в полицию, пусть проверят. Если вы заметили на остановке или в метро оставленный пакет или коробку — немедленно вызовите полицию. Да, часто тревога окажется ложной, но вас за это никто не накажет. Зато вы спасете людей, если удастся вовремя обезвредить взрывное устройство.
Старшее поколение про борьбу с терроризмом знает не много. Нас в школе на уроках по ГРОБу (гражданской обороне) учили правилам поведения во время ядерной войны — тогда эта угроза считалась вполне вероятной и главной. Сейчас же куда страшней терроризм, хотя мода на ядерные дубины снова вернулась, как в прошлом веке. Нашим детям в школах на уроках ОБЖ преподают основы борьбы с терроризмом, учат правильно действовать при угрозе терактов. Можно поговорить с ними и узнать, чему их там научили. А заодно сообщить детям страшную вещь: им теперь придется доносить на других детей, если те занимаются чем-нибудь подозрительным. Например, собирают бомбочки. Дети же любят шалить? Мы в школе тоже делали дымовухи из фотопленки и разные штуки из серы с селитрой. Кому-то удавалось взорвать школьный толчок, но и случаи с поджогами школ тоже были. Так вот, это всё не шалости, а терроризм. И из угрюмого мальчика, который собирает дома взрывное устройство, чтобы напугать училку или одноклассников, вполне может вырасти взрослый террорист, если вовремя не остановить.
А еще есть прекрасные школьницы, которых часто тянет пообщаться с людьми постарше. А еще интереснее, когда эти люди из других стран. Так вот, если после романтической переписки в соцсетях с симпатичным арабским парнем, чей фэйсбук украшен разными свирепыми флагами с вязью, ваша дочь начала как-то странно себя вести, учить непонятный язык или носить определенную одежду, стоит как минимум с ней серьезно поговорить. Да, для этого придется оторваться от сериала, но оно того стоит.
Я сейчас представляю, как возмутятся мои многочисленные читатели, придерживающиеся свободных и либеральных взглядов. Доносы — это же зло! А прослушка и прочее — еще большее зло, и такое может твориться только в полицейском государстве и при диктатуре. К сожалению, сейчас это зло во спасение. Если мы хотим, чтобы терактов не было, нам придется это терпеть и стучать — заявлять обо всем подозрительном. И как бы мы ни относились к силовым структурам, свою работу они делают. Я нашел в википедии хронологию террактов в России за последние 150 лет. Нетрудно заметить, что в последние годы их количество сократилось. И явно не потому, что террористы раскаялись и решили так больше не делать.
Кстати, пока я это писал, пришла новость: Пресненский районный суд Москвы приговорил к пяти годам колонии блогера Владислава Синицу за возбуждение ненависти либо вражды (пункт «а» части 2 статьи 282 УК). Это тот блогер, который написал твит, призывавший расправляться с детьми силовиков. С ДЕТЬМИ, подчеркиваю. 5 лет колонии за твит- это тоже борьба с терроризмом, даже если вам так не кажется. И хороший урок для тех, кто призывает к подобным действиям.
